— Пистолет, который был оставлен на пожарной лестнице под окном офиса Гарвина. Этот пистолет мистер Гарвин держал в руках, а потом положил в машину в отделение для перчаток. Кто-то выкрал его оттуда, прежде чем он уехал из Лос-Анджелеса.

Трэгг откинул голову назад и громко рассмеялся.

— Более наивного, детского объяснения не придумаешь! Вы признаете, Мейсон, что ваш клиент положил пистолет в отделение для перчаток своего автомобиля?!

— Пистолет положили туда по его просьбе.

Трэгг повернулся к Гарвину.

— Вы признаете, что положили этот пистолет в отделение для перчаток своей машины?

— Он признает, что кто-то другой сделал это, — вмешался Мейсон.

— Я говорю с Гарвином! — взорвался Трэгг.

— Я говорю за него.

— Я очень хорошо знаю, что этот пистолет не был в отделении для перчаток, когда мы уехали из Лос-Анджелеса, — произнесла Лорен Гарвин.

— Откуда вам это известно?

— Мой муж попросил достать его солнечные очки. Я открыла отделение для перчаток и достала их. Если бы там был пистолет, то я обязательно бы его заметила и спросила бы Гарвина, откуда он у него.

— Вы уверены, что пистолета там не было?

— Абсолютно уверена.

— Между прочим, — как-то слишком учтиво заметил Трэгг, — ваш муж к тому времени мог перепрятать его в другое место.

Лорен взглянула на Трэгга.

— Если вы не верите никаким заявлениям, тогда зачем же просить отвечать на ваши вопросы?

Трэгг усмехнулся.

— Таким образом мы иногда распутываем дела об убийствах. Вы должны признать, миссис Гарвин, что человек, совершивший убийство, будет изо всех сил доказывать обратное.

— Я скажу вам одну вещь, — отпарировала Лорен. — Мой муж действительно мог бы взять этот пистолет, но он никогда не мог бы им воспользоваться. Он был со мной всю ночь.

— Всю ночь?

— Да, всю ночь.

— А вы что же, даже глаз не сомкнули?

— Я проснулась около часу ночи, и он лежал рядом и храпел. Затем я вновь проснулась где-то около половины третьего, и он все так же был рядом.

— И вы, конечно, посмотрели на часы, чтобы узнать время? — с сарказмом произнес Трэгг.

— Я не смотрела, а слушала время.

— Слушали?!

— Да. В гостинице такие часы, — да вот сами послушайте. — Она сделала движение рукой, призывая к тишине. Большие часы в холле после музыкальной прелюдии пробили время.

— О’кей. Если вы клянетесь, что эти часы…

— Да, я клянусь.

— И если вы не ошиблись…

— Я не ошиблась.

— Тогда я на этом закончил, — сказал Трэгг. — Осталось только взять отпечатки пальцев вашего мужа. Вы не возражаете, Гарвин?

— Конечно, нет, — ответил тот. — Наоборот, я готов сделать все, чтобы прояснить это дело.