– Междугородный звонок из Лос-Анджелеса был сделан Кеннету Лоури днем в воскресенье, вероятно, во время вашего с ним разговора. Лоури не ответил, поэтому было оставлено извещение – когда он появится, пусть позвонит оператору под номером шестьдесят семь в Лос-Анджелес. Мексиканка, которая убирает в доме Лоури, вспомнила, что записала эти цифры в блокноте, лежавшем рядом с телефоном.
Ну, мои люди связались с оператором и сумели проследить путь звонка. Звонили из телефонной будки. Голос был женский, и женщина сказала, что будет ждать, пока не ответят. Очевидно, она сидела рядом с телефоном минут около двадцати, пока не дождалась звонка. Это был вызов с оплатой на станцию, и женщина внесла тарифную плату. А теперь послушай, Перри: телефонная будка находится в двух кварталах от квартиры твоей клиентки. Она, очевидно, не хотела звонить из своей квартиры, поэтому прошла эти два квартала и позвонила из телефонной будки.
– Как она назвалась? – спросил Мейсон.
– Она сказала телефонистке, что мистера Лоури вызывает мисс Смит.
– Интересно, знает ли об этом полиция? – задумчиво произнес Мейсон.
– Нет, Перри, не думаю.
Мейсон прищурился.
– Теперь мы знаем, почему Лоури отправился в город. Он собирался с кем-то встретиться. Дело, очевидно, было достаточно важным, если он поехал сразу же после нашего с ним разговора. Практически он ехал вслед за нами.
– Сьюзен Фишер подобрала Амелию Корнинг в переулке, – подхватил Дрейк, – и увезла ее, потом к ней в машину подсел Кен Лоури. Мы знаем, что случилось с Лоури… Боже мой, Перри, эта женщина, должно быть, настоящий дьявол во плоти. Чтобы скрыть хищение большой суммы денег, она совершила два убийства и…
– Нет, погоди, – прервал его Мейсон. – Давай не будем обвинять ее в двух убийствах, не имея пока никаких доказательств ее вины. Сьюзен Фишер заявила мне, что в ту ночь в машине не было никакого Кена Лоури, что она вообще никогда в жизни не встречала его и даже не знает, как он выглядит, и что она не сажала Амелию Корнинг в машину возле отеля.
– Брось, – сказал Дрейк. – Против нее слишком много улик. Боже мой, Перри, ты слишком оптимистически настроен. Практически каждый, кого я знаю, уже согнулся бы под тяжестью неоспоримых доказательств, предъявленных сегодня утром в суде… Ты же видел, как сиял Гамильтон Бергер. Победу обвинения в этом деле он считает парой пустяков и специально пришел в суд, чтобы его фотография появилась в газетных репортажах о деле, которое проиграл Мейсон. Знаю, что можешь еще манипулировать разными юридическими тонкостями, но помни, что в сознании обычных людей это – судебный процесс и ты его проиграл.
– Процесс еще не проигран, Пол, – резко возразила Делла Стрит, глядя на часы. – Еще полтора часа, прежде чем все будет потеряно.
