Сказал, что при нем газеты, какой-то другой материал, какие-то бумаги для Торговой палаты, несколько контрактов, которые использовали акционеры, предварительные документы и еще много чего. Он сказал, что все положил в портфель… А, вот он идет.

— Дай ему трубку, — сказал Перри Мейсон, — он мне нужен.

— Мистер Брэдбери, на линии мистер Мейсон, — услышал он голос Деллы Стрит. — Он хочет с вами поговорить. Возьмите телефон вон на том столе…

В трубке послышался какой-то шум, потом нетерпеливый голос Брэдбери произнес:

— Да, что такое?

— Слушайте, Брэдбери, — низкий голос Мейсона стал зловеще-тяжелым, — я вам сообщу кое-что, но чтоб не было шума…

— Шума? — переспросил Брэдбери. — Что вы имеете в виду?

— Заткнитесь и отвечайте только «да» или «нет». Я не хочу, чтобы моя секретарша знала, что происходит. Понятно?

— Да, — ответил Брэдбери.

— Вы были в отеле?

— Да.

— Вы нашли газеты?

— Да.

— Они у вас с собой?

— Да.

— И еще портфель с каким-то материалом?

— Да.

— Это о нем вы говорили Делле Стрит?

— Да.

— Ладно. Мы нашли Пэттона.

— Да?! — воскликнул Брэдбери. — Здорово. Вы уже говорили с ним?

— Он мертв.

— Что? — завопил Брэдбери. — Что? Вы хотите сказать, что нашли его…

— Заткнитесь, — рявкнул Перри Мейсон. — Я же сказал вам сидеть тихо и слушать. И воздержитесь от своих восклицаний.

Несколько секунд он слушал тишину. Потом тихий голос Брэдбери пробормотал:

— Да, мистер Мейсон. Я плохо вас понял. Продолжайте.

— Ну вот, — сказал Перри Мейсон, — воспринимайте это как свершившийся факт. Мы нашли Фрэнка Пэт-тона, — он жил в «Холидэй-Эпартментс», комната 302, на Мапл-авеню. Я выехал его повидать, хотел вытянуть из него признания перед тем, как выложить ваши материалы… Фрэнк Пэттон был убит минут за десять до моего прихода. Кто-то кухонным ножом проткнул ему грудь. Он лежит в своей комнате мертвый.

— О Господи, — сказал Брэдбери и, видно справившись с собой, сразу же добавил: — Да, мистер Мейсон. Я только подумал кое о чем. Продолжайте.

— У входа в здание, — продолжал Мейсон, — я увидел выходящую из него девушку двадцати двух — двадцати четырех лет с волнующими бедрами. Одета в белое пальто с лисьим воротником, белые полусапожки и белую шляпку. У нее удивительные фиалковые глаза, и похоже, она избегала любопытных взоров. Это Маджери Клун?

— Да, да, — задыхаясь, ответил Брэдбери. — О, я знаю это белое пальто и шляпку…

— Ну хорошо, — снисходительно сказал Перри Мейсон. — Повидайте вновь этот белый наряд…

— Что вы имеете в виду?

— Не исключаю, что она в весьма и весьма затруднительном положении…

— Не понимаю."

"— Она оставила номер Пэттона, как только я подъехал. Постоялица в соседней комнате услышала шум у Пэттона и вызвала полицейского.