Он сможет подойти, когда подруга его колдуньи отлучится в дамскую комнату или пойдёт танцевать – но увы, та не проявляла намерения хоть куда-нибудь удалиться! Проследить за девушкой, когда она выйдет из клуба, и подойти на улице? М-да, план так себе: сильный демон, подкравшийся в ночи, скорее до смерти её напугает, чем заинтересует.
Кстати, кто она по видовой принадлежности? Большинство сидящих в зале дам – ведьмы, как и девицы на сцене. Да и название клуба: «Ведьминские чары», говорило само за себя. Жаль, с большого расстояния он не чувствует её сил, а если потянется к ней своими – вызовет в зале большой переполох. Если она действительно ведьма, то слабенькая почти как человек – её видимый возраст превышал тридцать человеческих лет, что было бы невозможно для одарённой Иной. В этом ведьмы были похожи на представительниц его вида: самые сильные из них столетиями выглядели юными девушками, а остальные проходили обычный путь старения, с той разницей, что он растягивался у них не на семьдесят-восемьдесят лет, как у людей, а лет на двести. Правда, самые сильные ведьмы, занимавшие пост верховной или должность, на которой юный облик был скорее помехой, чем подспорьем, предпочитали творить себе внешность сморщенных старух. Для солидности и подчёркивания своего статуса, так сказать, оттого-то в народном фольклоре со Средних веков и прижился образ могущественной ведьмы как древней седой карги.
«Для ведьмы она слишком сдержанна, и взгляд чересчур вдумчивый, глубокомысленный, и, кажется, печальный, что ведьме опять-таки не свойственно, – рассуждал Габриэль, не способный отвести взгляд от своей колдуньи. – Наездницы метлы не имеют обычая печалиться о неблагоприятных обстоятельствах – они имеют обычай взрывать к чертям собачьим все неблагоприятные обстоятельства, а на их осколках устраиваться с максимальным для себя удобством. Впрочем, правило, что все люди разные, и для Иных никто не отменял. Ведьмочка моя голубоглазая, пади в мои объятья и я решу все твои проблемы, обещаю! Как же сильно меня кроет, надо бы отвлечься...»
Благоразумная идея умерла новорождённой: поразившая Габриэля шатенка прошествовала мимо барной стойки к служебному помещению, позволив ему убедиться в правильности отнесения её к ведьминскому роду, а потом... она вышла танцевать на пилоне!!! И как танцевать!!!
Сотню молний ему в печёнку, он честно думал, что не выживет. Что его разорвёт на сотню маленьких демонят и от безумного вожделения, и от безумной ревности, что её танец видит не только он! Лишь впадение в полный ступор помешало ему укрыть свою ведьмочку от чужих взоров за столбами адского огня.
