— По-моему, у моей жены начались роды.

— Прошу вас, сэр, только не у меня в такси, — умоляющим тоном произнес водитель, глядя на них в зеркало заднего вида. Майк еще раз попросил его ехать быстрее. Эйприл к этому моменту уже была не в силах произнести ни слова, а лишь морщилась от боли и сжимала его руку."

"— Может, мне позвонить Валери? — предложил Майк. Эйприл молча кивнула. Теперь обоим было понятно: это начались роды. Схватки были частые и энергичные, что неудивительно, судя по всему, они начались у нее еще утром. Майк позвонил Валери. Та сказала, что немедленно позвонит Пэту.

Они приедут в больницу и будут ждать новостей. Майку оставалось лишь молить Бога, чтобы новости не были такими скорыми.

Когда водитель наконец подъехал к клинике, в глазах Эйприл читался ужас.

— Кажется, меня сейчас вырвет, — прошептала она. Глядя на нее, было нетрудно в это поверить. Майк покачал головой. Ему не нужно было объяснять, что это означает. Свое домашнее задание он выучил назубок. Это означала одно — ребенок был готов появиться на свет с минуты на минуту.

— Поскорее позовите сюда сестру или врача! — крикнул он водителю.

Тот бегом бросился в приемное отделение, и спустя минуту из дверей, толкая перед собой каталку, показалась сестра — гигантских размеров афроамериканка с улыбкой от уха до уха и копной заплетенных в многочисленные косички волос.

— Первым делом нужно вытащить ее из машины, — решительно произнесла она. — Ну-ка, папаша, помоги мне, — добавила она, обращаясь к Майку. Тот кивнул.

— Кажется, началось, — пропищала Эйприл.

— Неправда, малыш подождет, — возразила медсестра. — Сначала мы тебя положим в больницу. Ты же не хочешь родить прямо в такси? Вот уж что нам меньше всего нужно!

Несмотря на боль, Эйприл невольно улыбнулась.

Совместными усилиями Майк и медсестра пересадили ее в кресло-каталку. Майк рассчитался с таксистом, дав вдвое больше, чем тому причиталось, и, поблагодарив, бросился вдогонку за медсестрой, которая решительно толкала перед собой кресло с Эйприл. В отделении экстренной помощи Эйприл переложили на стол. К этому моменту боль сделалась нестерпимой, и она едва сдерживала крик. У нее спросили имя ее гинеколога, чтобы с ним связаться. Кроме того, чернокожая медсестра поручила другой сестре приемного отделения срочно привести дежурного акушера. Эйприл же она сказала, что ее сейчас осмотрят. Вместе с Майком медсестра сняла с нее джинсы и футболку, после чего Эйприл переодели в халат.

— Только не надо тужиться, — строго предупредила сестра, однако тотчас улыбнулась. От этой женщины исходила аура уверенности и спокойствия, которые тотчас передались и Майку. Впрочем, события развивались слишком стремительно, гораздо быстрее, чем ему хотелось бы.