– Пойдем вместе, – он обходит кровать и с легкостью поднимает меня на руки, – такая пушинка… ты совсем не ешь?!
– Ем…
Настраивает воду в душевой кабине, ставит меня в нее, а следом заходит сам. Неспешными движениями выдавливает на ладонь шампунь, распределяет по прядям, направляя лейку на волосы, смывает пену.
Я закрываю глаза и отдаюсь во власть его уверенных рук. Представляя, что они смывают с меня не только пену, но и мучительную тоску, все пролитые мной слезы и жгучую обиду."
"– Ты не будешь больше плакать, – прижимается торсом к моей спине, скользя мыльными руками от живота к груди.
– Не буду… – как под гипнозом вторю ему.
Я плавлюсь под его руками, как воск свечи. Он поглаживает, трогает, мнет, массирует мою кожу. Не пропускает ни одного изгиба, ни одной складочки, ни одного миллиметра послушного тела. Поворачивает меня и так, и сяк…
Мне приходится обвить его шею руками, потому что ноги отказываются выполнять свою функцию, а именно, удерживать тело в вертикальном положении. Опьяненная, собираю губами капельки воды с кожи за ухом мужчины. Я уже давно себе призналась, что его шея мой фетиш. Теряю волю, когда пробую языком ее кожу.
Андрей рвано дышит мне в ухо и, обхватив двумя руками мои ягодицы, впечатывается в живот горячей твердостью
Мои губы растягивает довольная улыбка. Он снова хочет меня. Я знаю, одного раза ему всегда было мало. Трусь об него как кошка, завожу, дразню…
– Возьми его… Он скучал… – говорит напряженно.
Я накрываю его рукой, немного сжимаю. Провожу от основания до вершины и обратно. Не отрываясь, наблюдаю, как на головке растет жемчужная капля.
Он совсем рядом, тычется мне в губы, но я не тороплюсь. Пробегаюсь по нему пальчиками, ощущая его подрагивающее нетерпение. Наслаждаюсь ощущением нежной, словно тонкий шелк, кожи.
– Катя… – доносится низкое рычание.
– М?.. – поднимаю глаза, одновременно слизывая капельку языком.
Он шипит и дергает бедрами. Его терпение на исходе… Открываю рот и вбираю в себя головку. Облизываю ее как самый сладкий чупа – чупс.
– Да… да… – рычит сквозь зубы.
Прохожусь языком по всей длине, не пропуская ни одну набухшую венку.
Я этого ждала и жаждала. Не знаю, почему так возбуждаюсь от этого. Мне нравится быть послушной ему. Все просто. Он ведет, я подчиняюсь. Вся кровь медовой патокой стекает вниз и оседает внизу живота томящей тяжестью, когда Орловский наматывает мои волосы на кулак и заполняет меня собой до самой глотки.
