Потому что формально в тот момент магом она не была.
— Подтверждаю, — сказала Лина Дюваль. — Я регистрировала этих участников, никто из них не был магом.
— И что вы можете сказать о её силе, коллега? — живо заинтересовался Саваж.
— Она невелика. Немного стихийной силы, я даже не вижу, чтобы какая-то стихия преобладала над остальными настолько, чтобы её можно было вычленить, и немного ментальной. Такой уровень по нашим меркам — это даже не колледж, а курсы при колледже, это не может быть основанием для магической специальности. Другое дело, что не появись она здесь, то эти силы могли так и не выйти наружу — никогда.
— И что тогда? — нахмурился Дормир.
— Она занимается преподаванием и творчеством, и я полагаю, что это тот самый путь, которым идут не осознающие себя маги там, откуда она родом. Они просто что-то делают хорошо, может быть — лучше других. Кто-то танцует и учит танцевать, кто-то конструирует машины, кто-то пишет книги. Госпожа Тьяна приехала к нам сюда, и её способности перешли в явную форму, и назад уже не отмотать, хотим мы того или нет.
— И что же мне теперь с ними делать? — возопила госпожа Арианна.
— Простите, коллеги, я поставлю вопрос иначе, — покачала головой Марион де Саваж. — Что мы сделали, и как нам теперь минимизировать последствия.
23. Шаг в сказку
Утром Татьяна проснулась с престранным ощущением. С одной стороны классическое «что это было», приправленное «куда я опять вляпалась». С другой…
Кажется, вчера она стала на шаг ближе к сказке.
Только что теперь будет?
Вечером ей больше ни разу не удалось так сделать, чтобы её ладони засветились и потеплели, и что там ещё она вытворила на сцене. То самое, между прочим, чего она обязалась не вытворять, когда регистрировалась в качестве участника фестиваля.
Вчера они так всех потрясли, что господин ректор выдал Патрику личный портал, чтобы доставить их в гостиницу. А супруга ректора мало того, что привела в порядок своим магическим способом Татьянину ногу, так ещё распорядилась доставить им всем ужин — не то из собственного дома, не то из хорошего ресторана.
Патрик проследил, чтобы ничего не забыли, подрядил местных студентов — ту же Мэри-Роуз и ещё каких-то девчонок с косичками — помочь доставить в гостиницу кофры с костюмами, а потом строго сказал им долго не сидеть и всякого-разного не думать, а ложиться спать. От них, мол, сейчас ничего уже не зависит, их вины в случившемся никакой нет, а группа поддержки у них есть, и очень мощная. Так что — отправляйтесь спать, и ничего не бойтесь. Всё будет хорошо.
Другое дело, что вечером Татьяна совсем не представляла, что такое хорошо в их случае.
Правда, Марина вздохнула и сказала:
— Тань, ну ты чего? Снимут с конкурса? Да и ладно, мы так-то ни на что особо и не рассчитывали.
