Надеюсь, дело не в этом?
— Ни в коем случае, Павел Валентинович. — Зубов ядовито оскалился, всем своим видом выражая, что само участие в этой беседе оскорбляет его, титулованного аристократа, до глубины души. — Мы просто разговаривали.
— Рад это слышать, — кивнул Орлов. — А то я уже грешным делом подумал, что вы с Игорем Даниловичем собрались устроить здесь форменное безобразие, не дожидаясь законного суда.
Так вот в чем дело. Все понемногу вставало на свои места. Разумеется, столичного сыскаря ничуть не интересовали такие мелочи, как золото, сданное в Таежный приказ, грузовик и еще Хаос знает что. Его прислали на Пограничье разобраться с убийством бритоголового дружинника и проследить, чтобы воля императора соблюдалась неукоснительно.
Ну… Или хотя бы просто — чтобы соблюдалась.
— Безобразие? Вашему сиятельству показалось. — Зубов не без усилия заставил себя лучезано улыбнуться и жестом приказал своим людям вернуться в машину. — За сим позвольте откланяться."
"— Разумеется. Не смею вас задерживать, Константин Николаевич. — Орлов снова изобразил учтивый поклон. — Однако перед тем, как вы отправитесь восвояси, позвольте все же напомнить: судить и карать имеет право только государь. Или его законные представители, такие как наместники или градоначальники… или ваш покорный слуга. Но не князья, пусть даже и самых древних и уважаемых родов. — Орлов возвысил голос. — Не ваш почтенный батюшка, не ваши братья. И уж тем более — не вы, Константин Николаевич. Кто бы ни был прав, его величество не потерпит самоуправства. Надеюсь, я понятно выражаюсь?
— Более чем.
Зубов стремительно возвращал себе былую самоуверенность. Перспектива драки выбила его из колеи, однако с появлением Орлова разговор свернул в привычное ему русло. Младший отпрыск фамилии явно куда лучше соображал в учетных книгах, сводах законов и судебных кляузах, чем в честной драке.
— У меня и в мыслях не было нарушать волю государя, — ледяным тоном проговорил он. И, повернувшись ко мне, закончил: — Всего доброго, милостивые судари. Очень надеюсь, Игорь Данилович, мы еще сможем продолжить наш… разговор.
— Как пожелаете, Константин Николаевич, — усмехнулся я. — А если у вас вдруг возникнет желание побеседовать с глазу на глаз — вы знаете, где меня искать.
Уже шагнувший к машине Зубов вздрогнул и обернулся. Попытался натянуть на лицо презрительную улыбку, но так и не смог. Явно хотел удалиться красиво, сказав последнее слово, однако после моего… скажем так, намека уход его сиятельства скорее напоминал постыдное бегство.
Парень попросту испугался. Еще немного, и ему пришлось бы прилюдно вызвать меня на поединок. Делать этого он, конечно же, не собирался — и на всякий случай предпочел удрать.
