Если я постараюсь и заставлю их гордиться мной, то, может, они снова станут счастливыми и все вернется на круги своя. Я собираюсь стать врачом. Хирургом. Человеком, который исправляет поломанное. Может быть, я начну с них, ха-ха.

В любом случае, мне больше не хочется писать о моей семье. Лучше напишу о чем-нибудь более приятном. А именно, о Ривере Уитморе. ♡ Наверное, заполнять дневник мыслями о мальчиках – клише в миллионной степени, но я влюблена в Ривера всю жизнь. Но, Дневник, если ты его увидишь, то все поймешь. Он похож на тринадцатилетнего Генри Кавилла, разве что не англичанин.

Можно сказать, что с возрастом он станет большим, мускулистым и сексуальным. (Боже мой, поверить не могу, что написала это!) НЕВАЖНО. Его отец владелец Автомастерской Уитмора, и летом Ривер ему там помогает. Когда папа отвозит туда «Ягуар», я увязываюсь за ним, хотя всегда держусь в стороне от Ривера. Еще одно клише: девочка-ботаник и популярный спортсмен, который не подозревает о ее существовании. Он звезда футбола, будет играть квотербеком всю среднюю школу, а затем продолжит в колледже или пойдет прямо в НФЛ.

Во всяком случае, его отец постоянно об этом говорит.

Что касается меня, то Калифорнийский университет Санта-Круза – место моей мечты. Санта-Круз такой красивый. Я не могу представить себе жизнь где-нибудь еще. Конечно, в конце концов мне придется уехать в медицинский колледж, что будет нелегко, поскольку на хирурга придется учиться годами. А еще меня ждет чертова куча долгов по студенческим кредитам. Но прикинь: на мой последний день рождения родители заявили, что все оплатят!!!

Я была безумно счастлива, когда услышала. Благодарна безмерно и рада, что могу остаться рядом с ними.

Только теперь мне кажется, что наше счастье оказалось временным и все рушится. Я не знаю, что с ними происходит. Думаю, что-то связанное с деньгами. (Видишь? Иногда деньги – полный отстой.)

Во всяком случае, я…

Ручка царапнула бумагу, когда внезапно наступила тишина. Вдоль стены моей спальни на втором этаже тянулась шпалера с виноградными лозами, и жившая в их листьях стайка лягушек только что затихла. Иногда я представляла себе, как Ривер Уитмор взбирается по шпалере, чтобы спасти меня от родителей и их разваливающегося брака, но решетка могла послужить прекрасной лестницей и для незваного гостя.

Я выключила настольную лампу и, затаив дыхание, погрузилась в темноту комнаты.

Лягушки вновь осторожно заквакали.

Я поправила очки на носу и выглянула в окно на задний двор, обрамленный темным Погонипским лесом с секвойями и дубами. Затем перегнулась через стол и посмотрела вниз.

Там был ребенок. Мальчик.

На вид примерно моего возраста, хотя трудно сказать точнее, когда его освещала лишь жирная луна в ночном небе.