В коридоре стоял еще один незнакомец, очевидно охранник. Лоусон вошел в номер вместе с Дронго. Шторы были закрыты, занавески задернуты. Это был президентский «люкс», который обычно снимают для особых гостей, заказывая его заранее. В кресле сидел какой-то человек, даже не поднявшийся при их появлении. Его лица не было видно, здесь царил полумрак.
– Вы можете идти, господин Лоусон, – сказал он. Судя по голосу, это была женщина, правда, с очень низким голосом.
Не сказав ни слова, профессор вышел из номера, закрыв за собой дверь.
– Садитесь, – разрешила незнакомка.
Дронго сел на стул, стоявший в нескольких метрах от стола, за которым сидела неизвестная дама, решившая встретиться с ним в этом отеле. Она представляла тот самый клуб, который считался мозговым центром Западного мира, определявшего финансовые и политические решения, влияющие на судьбы миллиардов людей.
– Вы неплохо поработали, господин эксперт, – начала дама. Сумели установить, кто и как убил биржевого брокера, который решил сыграть на понижении золота.
Дронго поднял брови. Кажется, сейчас он услышит нечто неприятное. И не нужно делать вид, что он узнал голос этой дамы с ястребиным носом и голосом, достаточно известным в мире. Ведь она возглавляла Государственный департамент Соединенных Штатов в прежние времена.
– Вы не ослышались, – продолжала она, – нужно было проявить терпение и осторожность, чтобы выйти на возможных заказчиков этого убийства.
– Они захватили нашу переводчицу Вирджинию Луань, – напомнил Дронго.









