Мой скромник, на самом-то деле робким и тихим был только среди других разумных, а наедине творил такое, что... Ох, не стоит об этом думать, Ия Соль, иначе придется прекратить этот прекрасный ужин, схватить в охапку миранцев и улететь в наш дом на всей скорости, потому что если я полагала, что после замыкания страсти между нами немного улягутся, то была совершенно и безоговорочно не права.
Чувства между мной и мужьями крепли и усиливались и до замыкания, и после него. Я все сливалась и сливалась с ними на всех уровнях, чувствуя эмоции своих мужчин и иногда, кажется, даже читая их мысли. Такая открытость перед друг другом нисколько не пугала, а наоборот казалась чем-то настолько очевидным и правильным, словно по-другому и быть не могло. Я действительно любила и сурового немногословного Зейна, и серьёзного, всегда уравновешенного Тагера, и светлого, ласкового и иногда до сих пор робкого Вела. Любила их безусловной любовью, которая возникла пусть и при некотором “толчке” их энергий, но потом росла внутри меня уже сама по себе. Эти мужчины были моим домом, моей крепостью, моим тылом, которые делали то место, в котором они находились, в место, куда мне хотелось возвращаться. В ту гавань спокойствия и безопасности, где тебя любят просто за то, что ты есть.
- Мыслям - хмыкнула я, накалывая на вилку очередной соблазнительный кусочек очередного миранского деликатеса.
- Хорошим? - спросил у меня сидящий по правую руку Тагер. Я в который раз залюбовалась им, его сияющими голубыми глазами, длинными ресницами, и светлыми локонами, падающими на лоб. Столько времени прошло с нашей первой встречи на Дилосе, а он кажется мне сейчас еще красивее и желаннее, чем раньше. А теперь он не незнакомец из бара, окутанный ореолом тайны, он мой муж, который искал меня, спас меня и привел туда, где я по-настоящему чувствую себя на своем месте. Чувствую себя цельной и бесконечно счастливой.
- Рядом с вами у меня всегда хорошие мысли - я игриво прикоснулась к сережке Зейна в ухе, положила руку ему на плечо, наблюдая, как на суровом грубоватом мужском лице возникает уже такая знакомая, чуть шальная улыбка.
- Думаю, нам пора домой - пробасил мой “темный” супруг, прожигая меня яркими глазами, полными именно тех чувств, о которых он будет шептать мне наедине чуть позже.
- Домой - повторила я, широко улыбаясь.
Эпилог. Полия
Полия Бар
Я потерла ладони друг о друга и воровато оглянулась, проверяя, не подсматривает ли кто-то из моего семейства за мной.
Но в саду было тихо, пахло цветами и травами, а ветер доносил через открытые двери террасы лишь веселый голос Навы, которая, должно быть, вернулась из Академии совсем недавно, звонкий смех нашего младшего сына Эвандера, которого дочь, скорее всего, прямо с порога схватила на руки и приняла тискать.
