Всё надёжно, пусть и подтормаживает временами.

А вот дальше…

Глава 2

Случившееся дальше я сперва посчитала бредом. Даже подумала, что просто заснула и мне «во сне привиделось», как поётся в старинной песне.

Странное ощущение, будто лифт медленно-медленно стекает вниз, подобно огромной капле мёда, действительно напоминало сон, где пытаешься бежать, а ноги еле продираются через толщу загустевшего воздуха.

А уж когда стены вокруг стали становиться почти прозрачными, я почти уверилась, что сплю. Даже ущипнула себя за руку и тут же зашипела от боли. На запястье проявился синяк, пока красный, но явно настоящий.

В районе первого этажа я и вовсе зависла в странном свечении, заменившем кабинку лифта. И успела разглядеть украшенную разноцветными шариками вахту. Надпись «20 лет с нами!» напомнила, что я когда-то решила на пару лет остаться в общаге, подыскать другую работу не спеша. Ага, два года превратились в двадцать. Я и забыла уже, а вот кто-то из руководства вспомнил и решил поздравить. Даже мило.

Но умилялась я буквально секунду, а потом рухнула куда-то вниз с пугающей скоростью. Оказалось, что не только стены растаяли.

Про странные видения после некоторых растений и грибов я слышала, хоть сама старалась держаться подальше от любых гадостей, туманящих разум. Но чтобы мазь от боли в спине до такого людей доводила… Или это только у меня такая реакция?

Пока я размышляла, сияние вокруг успело уплотниться, продираясь сквозь паутину светящихся нитей, обрывки которых долетали и до меня, оседая на коже и одежде тёплой росой, впитывавшейся без следов.

Сперва вернулись звуки."

"— Именно поэтому я считаю, что нужно прекратить порочную практику браков с человечками! Людишки недостойны такой чести.

Или это моё чувство солидарности проснулось? Обидно стало за женщин, которых кто-то неведомый собрался притеснять.

Яркий свет постепенно перестал слепить, и я обнаружила себя подвисшей в метре от земли посреди небольшой поляны. Удивило не перемещение из мегаполиса в лес. И даже не слишком буйное цветение вокруг, хотя в лифт я входила в конце октября.

Нет, последней мелочью, добившей меня, стали мужчины в расшитых золотом и серебром камзолах. Было в их лицах что-то совершенно иномирное. Я не успела понять, что именно, как плюхнулась в большое серебряное блюдо, выпихнув жареного гуся или похожую на него большую птичью тушку. Красный соус разлетелся брызгами, заляпав всё и всех вокруг и неприятно охладив мою обычно не склонную к приключениям пятую точку. Я облизнула палец — похоже на клюкву, но с неведомыми специями.