— Еще вопрос кто кого приручил, — озвучил общую мысль этой троицы отец Карена — но судя по всему, ночка прошла хорошо.

— А мои вещи?

— Ребята отнесут. Карен бери ее на спину и полетим.

Ни когда еще не летали на драконе. Было одновременно страшно и захватывающе лететь на моем зеленом драконе.

— Понравилось? — спросил Карен как только сел.

— Да, давай еще.

— Потом, — сразу сказал его отец — дел полно дома. Ее вещи в дом и свободны, — скомандовал старейшина.

Мать Карена встретила нас на пороге. Улыбнулась сыну и мужу на меня посмотрела строго и ни чего не сказала.

А чего собственно я хотела. Я здесь чужая. Наши селения враждовали лет двадцать. И наша свадьба была знаком примирения. Но это не означает, что ко мне будут хорошо относиться.

«Соберись, и будь хорошей девочкой» — сказала сама себе.

— Кира помоги мне на стол накрыть, — сказала его мама, как только мы зашли в дом — Обращайся ко мне мама, к Агору отец или старейшина. Поняла?

— Да.

Она слегка улыбнулась. Друзья Карена быстро занесли пару сумок в ближайшую комнату и не прощаясь ушли. Я помыла руки и помогла накрыть на стол.

Завтракали молча. А у меня было ощущение, что меня изучают. Притом его родители, сам Карен ел с довольной улыбкой и летал где-то в облаках. Его мать потом попросила помыть посуду и отправила разбирать вещи. Сделала все быстро.

— Пойдем, познакомлю тебя кое с кем, — сказал старейшина. — Будет у тебя небольшая подработка, чтобы дома все время не сидеть. За одно с местными познакомишься и узнаешь, кто, где живет.

Минут через тридцать пришли в центр селения. Хм не думала, что старейшина и живет на окраине возле леса. Ладно, по ходу разберемся, что здесь к чему.

Может у них выгодней на окраине жить. У меня в селении старейшина всегда жил в центре, на возвышенности, чтобы обзор был лучше. Хотя теперь селение драконов мой дом… Тоскливо как-то.

Старейшина привел меня в бар по совместительству магазин сладостей. Хозяин типичный дракон. Рост два метра широкий в плечах в волосах уже немного седина. Лицо правда доброе и в глазах смешинки. Так, он мне уже нравиться, а то старейшина сплошная маска не показывающая, что у него на душе и что он думает. Мне как эмпату сложно с такими людьми.

Я его вообще ни как не ощущаю, собственно как и его жену. Для меня они просто две скалы.

Карен другой, его я чувствую. И чувствовала его эмоции еще, когда убегала от него через поле. Мысли у него были тогда отнюдь не просто пообщаться. Хотя может они специально закрываться. Вот и этот добродушный здоровяк стал угрюмым и не проницаемым. И чего у него вдруг стал такой не добрый взгляд.

— Охотница?! Ты что спятил брат, на кой черт ты ее привел в мой бар.

— Она теперь одна из нас. Зовут Кира.