— Вы что уже подраться успели? — спросил Арсений.
— Нет, — сказали мы дружно.
Карен подошел, принюхался и рыча вылетел из дома. Я побежала за ним. Муж поймал меня и вернул домой.
— Будь дома, я их поубиваю сегодня.
Карен закрыл двери. Отец легонько обнял меня и увел на кухню, усадил рядом с собой. Поцеловал в висок.
— С кем вы подрались?
— Да есть тут одна особа.
— Машка с ребятами, — догадался старейшина и тоже поспешил на улицу — ведь действительно убьет дуру эту.
— Ты что ли с девчонкой справиться не можешь?
— Папа, одно дело с братьями дурачиться, а другое дело серьезно драться с тем, кто тебя ненавидит и хочет убить.
Отец взял руку с браслетом посмотрел внимательно. Потом заглянул под футболку, посмотрел на рану.
— Иди, помойся и смени повязку. Пока восстановление идет, нужна чистота. Сашка ты тоже иди, помойся.
Брата отправили в другую ванную. Вышла я через 15 минут уже чистая. Взяла брату второй браслет для восстановления.
— Ух ты, меня тоже полечишь?
— Ага, на тебе сейчас его испытаю.
Отец только улыбнулся нашему общению. Одела брату браслет и произнесла заклинание. Брат мигом скривился, а я увидела, как пошел процесс восстановления. На нем он был более заметен. Так как синяки быстро сменили свой цвет и стали проходить.
— Ой, как здорово! — воскликнула мама Карена.
Карен с отцом вернулись через час, к этому времени поздний обед был уже почти готов. А я сидела в объятиях отца и слегка дремала.
— Ну как? — спросила жена у старейшины.
— Машку, отец сам поймал и высек. Ребят высекли на площади.
— Довела девка отца до крайности, давно он ей уже грозился поркой.
Мы с Сашкой только довольно улыбнулись, я окончательно прогнала сон.
— Сейчас поедим и домой, — сказал отец ребятам.
— Ну папа! Я еще останусь, тут так интересно!
— Агор, что скажите?
— Пусть остается, мы скоро к вам в селение будем лететь вернем.
Брат довольно заулыбался. А мне стало грустно, что отец будет уходить, так и не погостив. Видимо мать Карена ощутила мое состояние, так как сказала:
— Так может, вы на ночь останетесь, а с утра пойдете. Солнце уже ведь садиться.
Папа посмотрел на Арсения и Гришку и мотнул головой.
— Нет, мы лучше пойдем. Тут еще кое кому нужно урок преподать, ночью будет самый раз. Сашка ты так довольно не улыбайся, ты дома еще огребешь за побег.
— Ну папа, если бы я не пришел Ирка бы пластом лежала.
Я ощутила, как все в доме дружненько напряглись.
— В смысле?! — строго спросил отец — Что значит пластом лежала?
— Магически выложилась, сильно, — сказала я.
Отец ни чего не ответил, но его недовольство я ощутила в полной мере. Отец бережно меня обнял, ощущаю от него одновременно строгость и любовь.
— Головой думай следующий раз, — сказал он ласково.
— Угу.
