Ох, Ники, Ники! И как только за один день уже определила, что этому бизнесмену в экзотической шляпе можно довериться?

– В этом твоём «не такой» скользит что-то этакое, – подтрунила Тоня подругу.

Николь порозовела."

"– Нет, правда. Вторую половину ужина мы уже не говорили о делах. Гамильтон рассказывал о себе. Ему ничего не далось просто так. Его отец разорился в прах, когда Гамильтон был ещё подростком. Он начинал с нуля. Всего добился сам. Поэтому и поддерживает проекты таких как я.

Она немного помолчала, ещё больше порозовела и добавила:

– И, вообще, он милый.

– Какой же он милый, если постоянно хмурит брови?

– Это только с виду он кажется грозным. Но когда улыбается, у него ямочки на щеках.

Ох, Ники, Ники! Ямочки ей…

– Сегодня думала всю ночь… – начала подруга тихо, и Тоня поняла, что та скажет сейчас о чём-то очень для себя важном: – решила после подписания документов поговорить с Лордом. Хочу досрочно покинуть конкурс. Расскажу ему всё как есть. Не каждый день у человека сбывается мечта всей его жизни. Надеюсь, он поймёт и против не будет.

– А что он может возразить? По условиям конкурса, участие девушек добровольное и любая в любой момент может покинуть отбор.

– Дело не только в условиях. Лорд по любому бы отпустил меня, потому что желает, чтобы победил кое-кто другой, – Николь лукаво улыбнулась.

Это она сейчас на Тоню намекает?

– Я давно заметила, что он к тебе не равнодушен. Сильно не равнодушен. Как и ты. Вы же искрите.

Это так бросается в глаза? Тоне мгновенно вспомнилось вчерашнее признание Макса, произнесённое между поцелуями, пропитанными такой нежностью от которой щемило в груди. Но в голове вновь затикал беспощадный обратный счётчик. Сколько осталось до того момента, когда Антонина навсегда расстанется с Максимилианом? День, час, минуты?

В лёгких нестерпимо запекло. Ей вдруг резко стало не хватать воздуха. Тоня закашлялась. Это был такой тяжёлый приступ, что Николь не на шутку забеспокоилась. Она соскочила с кресла и принялась отпаивать водой. Несколько глотков – и стало легче.

– Кажется у тебя жар, – подруга прислонила ладонь ко лбу. – Простыла? – она ещё больше разволновалась. – Пойду позову доктора.

– Не надо доктора, – попросила Тоня. Ещё решит отправить в санаторий, как Рунету. А тут Белинда должна вот-вот появиться. – Пожалуйста, пока не надо доктора, – повторила она.

– Хорошо, – не очень охотно согласилась Николь. – Тогда позову Шарлоту. Она умеет делать целебные компрессы. Простуду как рукой снимает.

На Шарлоту пришлось согласиться.

Николь вышла, а Тоню начали терзать тревожные мысли, которые она гнала уже несколько дней. Что с ней происходит? Не могла ли она всё-таки заразиться от Рунеты? Симптомы чем дальше, тем больше становились похожи.