– Тогда давай покончим с этим поскорее. Не ждет же он нас на пороге.

На том и порешили.

Деревня выглядела плохо – дома обветшали, но люди здесь еще жили. В снегу была протоптана тропинка до общего колодца, и от воспоминаний о прежней жизни по спине Радомилы побежали мурашки.

Дом, в котором она разродилась, узнали сразу – он стоял заброшенный, дверь нараспашку. Ждан остановился у забора, но дальше не пошел.

– Там нам искать нечего, – тихо сказал он. – Незачем заходить.

Суеверный страх охватил Радомилу, показалось, что за темными провалами окон их ждут тени тех людей, которыми они когда-то были. Два перепуганных юнца, выброшенные во взрослую жизнь без понимания того, что делать дальше.

– А в доме повитухи горит огонь, – сказал Ждан. – Ты не передумала?

– Пока нет. – Ее голос дрожал. Проклятье!

Хорошо, что на улице зима: в огородах людей нет, никто не глазеет на пару охотников, бредущих к крошечному дому с просевшей крышей.

Сердце Радомилы едва не выпрыгивало от волнения.

Ждан поднялся на крыльцо, посмотрел на нее, она кивнула. Он постучал, оба замерли, даже дыхание затаили. Радомила увидела, что руки мужа подрагивают.

– Кто такие? – раздалось из-за двери.

– Мрачный Взвод! – по привычке выкрикнул Ждан.

– Тут для вас нет ничего!

– Если здесь повитуха живет, то поговорить надо, – сказал он.

– Кто-то на сносях? – В женском голосе послышалась заинтересованность.

– Был, да только лет тридцать прошло с тех пор.

Дверь открыла старуха, да такая древняя, что на засохшее дерево она была похожа больше, чем на человека.

Радомила стыдливо опустила глаза – даже теперь узнала бабку, которая роды у нее принимала.

– Ну? – Повитуха грозно посмотрела на Ждана. – Что вам надо?

– Мы ищем ребенка, – выпалила Радомила.

– Раскаялись, что ли? Дак поздно. – Старуха пожала плечами. – Не знаю, кто вы такие, но от подкидышей я избавляюсь.

– От всех? – обреченно спросил Ждан.

– А на кой черт они мне сдались? – разозлилась бабка. – Вы, значит, в полях да на сеновалах детей делаете, а потом мне их приносите! Думаете, вы одни такие умные? Что, девка, хотелось и рыбку съесть, и косточкой не подавиться, да? Не учила тебя мать, что если дитя не хочешь, ноги надо держать крепко сжатыми?

– Прекрати! – Ждан закрыл Радомилу собой. – Мы давно не дети, нечего нас отчитывать!

– Для меня все вы сопляки неблагодарные! Я ночами не сплю, помогаю детям на свет появляться, а вы на меня грех вешаете! У самих-то кишка тонка была задавить приблуду, а? Что вылупился, красавец? Правда не нравится?

– Да что ж ты такая злая? – не выдержала Радомила.

– Что… Я… – От возмущения бабка слишком глубоко вдохнула и закашлялась.