– Не робей, Ждан, мы найдем его.

За прошедшие годы церковь изменилась – здание обветшало, но земля выглядела ухоженной. Много новых построек появилось, сараи, в отдалении стояло что-то похожее на хлев, а рядом терем большой, в окошках за пузырями бычьими пламя дрожало, значит, живет там кто-то.

Ждан спешился первым, лошадей под уздцы взял и повел вперед. А у Радомилы сердце не на месте – то колотится, то замирает, даже ладони вспотели. Так близко к сыну были, но сами не знали об этом. И ведь сердце материнское не признало дитя – от этих мыслей так больно стало, хоть кричи."

"– Все еще хочешь узнать, кто он? – Ждан нервно крутил в пальцах поводья.

– Еще больше, чем прежде, – уверенно ответила она.

Из церкви вышел мужчина в рясе – полный, неповоротливый. Шел, путь себе масляной лампой освещал. Остановился у забора и крикнул:

– Вы кто такие? Это дом Божий, красть здесь нечего!

– Свои! – громко откликнулся Ждан. – Мрачный Взвод!

– Поздновато вы!

Священник открыл ворота, отошел в сторону, но глаз с них не сводил. Наверное, непросто приход содержать в такой глуши, дураков везде хватает, кто угодно вломиться может. А воином человек не выглядел.

– Разбудили поди? – Радомила подошла к нему и разглядела круглое моложавое лицо. – Извини.

– С вами всегда нужно быть готовым, – отмахнулся священник. – Меня Млад зовут, мы с вами вроде бы не встречались еще.

– Радомила, мой муж – Ждан. Мы ненадолго, не переживай.

– Вроде слышал имена ваши, да припомнить не могу. Ну, что вас привело?

Они медленно пошли в сторону церкви. Радомила осторожно спросила:

– Тут раньше другой человек служил, Тихомир, знаешь его?

– Конечно, он меня воспитывал, – кивнул Млад. – Помер он, давно уже.

– Как помер? – растерялась Радомила.

– Еще ведь старшие были, – вмешался Ждан. – Нину помнишь? И мужик еще один, вечно с ней рядом околачивался.

– Нина и Мстислав уехали охотиться, много лет не видел их, – ответил Млад. – Можете от нас ворона им отправить.

– Долго, – отмахнулась Радомила. – Не осталось, случайно, от Тихомира записей каких-то о приюте?

– Ну, кое-что осталось, конечно. – Священник задумался. – Все, что было, в книгоположницу унесли.

– Нам бы взглянуть. – Ждан передал поводья Младу. – Можно?

– Мы Взводу всегда помочь готовы. Вот, возьмите лампу, справа от алтаря проход к лестнице, она ведет наверх. Я пока лошадей ваших в конюшню отведу.

В церковь Радомила вошла с тяжелым сердцем. Ответа от Мстислава можно и не дождаться – он мог погибнуть, да и Нина тоже. Записи Тихомира – их последняя надежда.

– Если ничего не найдем, поищем охотников, – будто прочитав ее мысли, сказал Ждан. – До конца пойдем.

Радомила не удержалась, чмокнула мужа в колючую щеку и начала подниматься.