А ты просто оставь меня в покое.

Он наклоняется, чуть ли не касаясь губ, и вдыхает полной грудью. Вжимается в мой живот бедрами, и я ощущаю его желание. Отчего все тело моментально превращается в мармеладку… растопленную.

– Боже, Наиль, – толкаюсь в него, чтобы отодвинуть.

Но добиваюсь противоположного эффекта. Кажется, Наиль заводится ещё сильнее.

– Таранова, ты играешь с огнем. Я же не забыл, как с тобой было. Да и тебе могу напомнить, как нам было крышесносно в постели.

Это обращение отрезвляет. Окунает в ледяную прорубь.

– Я давно уже не ношу эту фамилию, Наиль. Мы никто друг другу.

Он ведет носом по моей щеке.

– Наверное, поэтому ты сейчас вся дрожишь.

Дергаюсь. Хочу подальше от него оказаться. Но он словно вторая стена. Не сдвинуть.

– Мы чужие люди. И напоминай об этом своим девкам, а меня не трогай. Ты ненормальный.

– Наслаждайся, милая, ты меня сделала таким, – цедит мне в ухо, царапая кожу щетиной.

– Отпусти, – тело слабеет.

Да, мне тоже было больно и тяжело рвать с ним.

– Вот уж не надейся. К нему? – мотает головой в сторону выхода. – Только через мой труп. Я тебе жизни не дам.

На глаза накатываются слезы.

– Что тебе надо от меня?

Серые глаза двумя льдинками впиваются в кожу.

– Я пока ещё не решил до конца. Думаю…

Чувствую ногой, как вибрирует его телефон, и он отвлекается, давая мне перевести дыхание. Достает телефон и с кем-то тихо беседует.

– Да, сейчас буду.

Я окончательно выдыхаю. Вот он шанс, что он меня отпустит.

Наиль отступает, и я жадно глотаю воздух. Он как-то подозрительно окидывает всю меня взглядом и скалится.

– Со мной поедешь.

– Что? – ошарашенно выдыхаю.

– Поговорим заодно.

Он цепляет меня за руку, но я упираюсь каблуками в пол. Только это меня никак не спасает. Чертова скользкая плитка, по которой едут мои каблуки. Но мне становится дурно от мысли, что сейчас меня увидит Саша, вот так, за руку с Тарановым.

– Отпусти! Боже, что ты творишь?

Оборачивается. Ухмыляется.

– Полнейшую дичь?

Дергает меня за руку, чтобы я поближе оказалась.

– Я тебя с ним не оставлю, – рычит, глядя мне в лицо.

Тянет меня в сторону запасного выхода, а я уже подумываю, чтобы заорать и попросить помощи.

– И только пикни. Заткну рот и закину на плечо, – тут же разгадывает мои мысли.

Сжимаю плотно губы, потому что знаю: он сделает. И никто ему не помешает утащить меня из ресторана и повезти куда вздумается. И это злит до трясучки.

Бесит, что он до сих пор думает, что имеет право вот так мной распоряжаться.

– Ненавижу тебя, – змеей шиплю, глядя в темный затылок.

Таранов усмехается и оборачивается.

– Взаимно, ангел.

Вскидываю руки.

– Тогда к чему этот весь цирк? Отпусти меня, и я буду заниматься своей жизнью, не трогая тебя.

– Это будет слишком просто для тебя.