— И чтоб ты знала, все мои вещи он не отдал бы тебе ни при каком раскладе, так что зря старалась, — на этих обидных словах Брайан вытягивает свою цепочку из ворота футболки и демонстрирует мне: — Это я нашёл на газоне рядом с трупом мамы. Своеобразный гол, забитый в мои ворота твоим Шейном.

— Ч-что? — только и могу вымолвить от потрясения.

Эта подвеска — не копия, как я подумала вначале, а оригинал.

— Удивлена?

Каждое слово Брайна хлещет меня наотмашь. Зажмуриваюсь под натиском его уничтожающего взгляда и прикладываю дрожащие пальцы к вискам, чтобы хотя бы немного утихомирить жуткую пульсацию, внезапно атаковавшую мой разум. Получается, пока я разыгрывала спектакль перед Шейном, в это же самое время его человек уже исполнял приказ?"

"И он довёл бы это дело до конца вне зависимости от моего согласия прийти к нему? Боже мой, что я натворила…

Много лет я была уверена, что родителей Брайана убили из-за меня, ведь когда Шейн пошёл на попятную, я привела в исполнение другой план, который предусмотрела на тот случай, если что-то пойдёт не так. То, что я сделала, конечно, привело бандита в бешенство. Никогда не забуду его слова, брошенные мне в спину, пока я в спешке покидала его кабинет. Всего несколько слов, от которых я перестала чувствовать под ногами опору: «Передай своему дружку мои соболезнования. Хотя можешь не торопиться. Он наверняка занят просмотром кино с твоим участием!».

Тогда я ещё не до конца осознавала, о каких соболезнованиях он говорил. Понимание пришло позже.

Всё, что я хотела поведать Брайану, вмиг застревает где-то на полпути. Ему больше не нужна правда, какой бы она ни была. Я не доверилась ему, отвернулась, хотя давала обещание всегда быть с ним откровенной. Теперь то же самое делает со мной он.

— В любом случае, всё это уже не имеет никакого значения, — продолжает добивать меня мой самый любимый человек, взъерошивая волосы на макушке, а затем добавляет уже более спокойно: — Что было, то прошло, Кассандра. Как видишь, у меня теперь новая жизнь. У меня всё заеб**сь!

Конечно, Ханна…

Зачем ему теперь мои признания?

— Сейчас мы с тобой поневоле оказались в одной лодке, — деловой тон, с котором он продолжает говорить, вынуждает меня всё же вспомнить о затоптанном чувстве собственного достоинства. С трудом распрямляю плечи и смотрю в его глаза, стараясь не упустить ни малейшей детали. — От тебя не требуется ничего, кроме соблюдения моих правил, Кассандра. И не задавай лишних… — он не договаривает, потому что тишину разрывает тяжёлый рок. Его новые музыкальные предпочтения меня даже не удивляют.

Брайан прикладывает указательный палец к губам, призывая меня к молчанию. Я послушно киваю, и он сразу принимает вызов, хмуро сдвинув брови.