— Я весь внимание, — усаживаюсь в кресло напротив и принимаю сосредоточенный вид.

— Хоук, чем меньше людей будет участвовать, тем лучше. Знаешь ведь, как я не люблю длинные языки, — и изображает двумя пальцами ножницы, мерзко ухмыляясь. Одному Богу известно, сколько языков он уже отрезал. Или приказал отрезать.

— Понимаю. Выберу проверенных. Что от меня нужно?

— Убрать дочь одного упыря, перешедшего мне дорогу. Слышал про казино «Кингс»?

Молча киваю, а внутри начинает всё гореть, пока в голове, как в центрифуге, вертятся слова «убрать дочь».

Вот оно. Испытание, о котором я думал. Не буди лихо, пока оно тихо. Я не мог подумать о чём-то прекрасном? Прибегать к программе защиты свидетелей, чтобы уберечь невинного ребёнка, сейчас проблематично.

— Его владелец вышел пару лет назад по УДО и сразу начал собирать вокруг себя шайку. Поначалу он казался мелкой сошкой, даже отстёгивал нам процент. Но теперь он совсем берега попутал: крышует мелких бандитов, организовывает партии, о которых нам не сообщает. А теперь открывает сеть казино, прибыль которых уже начинает догонять нашу.

Нужно показать ему, кто из нас здесь хозяин, — ткнув в себя большим пальцем, Ларри лезет в ящик стола и достаёт оттуда фотографию, которую подталкивает мне. — Это будет нашим ответом.

Твою же мать… Делаю над собой неимоверное усилие, чтобы сохранить равнодушную мину при виде снимка.

Перевожу взгляд с красивого лица улыбающейся Кассандры на отвратную бородатую физиономию Робертса, который внимательно следит за моей реакцией. Или у меня началась внезапная мания преследования? Таких совпадений просто не бывает.

Не бывает, чёрт возьми! Дон на меня что-то нарыл? Не может быть. Это просто исключено.

Тогда какого чёрта этой дочерью оказалась именно она?

Та, которую я вычеркнул из своей жизни восемь лет назад.

Та, что предала меня.

Та, для которой я когда-то был готов сделать всё. Абсолютно всё.

А теперь должен сделать то, что хотел тогда больше всего на свете: убить.

ЧАСТЬ 1 ПРОШЛОЕ, БОЛЬШЕ ВОСЬМИ ЛЕТ НАЗАД…

ГЛАВА 1 ВЫБОР

Кассандра

— Доченька, просыпайся. Будет некрасиво, если ты опоздаешь в школу в первый же день, — мама шепчет мне эти слова прямо в ухо и закрепляет их поцелуем в щёку.

— Мам, ну можно ещё чуть-чуть? Я не спала пол ночи из-за папиных дружков, — канючу, уткнувшись лицом в подушку.

Услышав виноватый вздох мамы, тут же жалею о своей мелочной жалобе. Если я не спала пол ночи, то она и вовсе не сомкнула глаз, опасаясь, что эти алкоголики и наркоманы вынесут из дома что-нибудь ценное. Хотя всё, что можно, уже и так было вынесено. Из самого ценного в этом доме — золотой зуб во рту моего папаши.