Длиной около тысячи километров, а шириной в Верхнем Египте редко более тридцати километров, вся возделываемая и обитаемая земля фараонов занимает площадь чуть меньше территории Бельгии. На востоке и на западе ее обрамляет пустыня. На севере естественная граница — Средиземное мире, а на юге — цепь нильских порогов. Комплекс географических условий превращает Египет в совершенно особую территорию, где могла развиться самобытная цивилизация. Самый поверхностный анализ такого рода подтверждается историческими фактами: каким бы иноземным вторжениям, каким бы влияниям извне ни подвергался Египет фараонов, в какие бы контакты он ни вступал, в основе своей он оставался прежним, сохранял свой неповторимый дух.

"

"«Наша цивилизация и цивилизация всей Европы связана с этим миром тысячами неразрывных уз», — пишут немецкие египтологи Эриан и Ринке[2]. Это основополагающее утверждение. Читая историю фараонов, погружаешься не в далекую и непонятную экзотику. Древний Ближний Восток, и особенно Египет, — наши предки. Туда уходят наши духовные и интеллектуальные корни, там лежат истоки нашего сознания. О входная идея, согласно которой Египет представляет собой дофилософскую цивилизацию, тогда как Греция и Рим — первые культуры, способные «мыслить» и «заниматься наукой», — самая ложная из всех, какие существуют.

Достойно бесконечного сожаления, что Египту отводится так мало места в системе образования, ибо он — основа нашего духовного мира и играет важнейшую роль в сокровенных глубинах нашей памяти. Для тех, кому посчастливилось попасть в Египет, очевидно, что здесь, на земле бога со липа, закладывался фундамент человеческого сознания. Нужно ли восхвалять египетское искусство, его необычайную красоту, глубину и значительность? Широко известна лишь малая часть его произведений, а музеи хранят творения, которые заслуживают, чтобы их открывали вновь и вновь. Египетская религия, слишком долго изучавшаяся с позиций рационализма, заключает в себе такие сокровища, которые, явившись однажды из глубин прошлого, могли бы стать вечной творческой силой. Еще мало изучена египетская литература, как «религиозная», так и «светская» (правда, в Древнем Египте эти понятия не были столь четко разграничены). Сколько цепных сведений можно извлечь из «Текстов пирамид», «Текстов саркофагов», «Поучений», сказок… И сквозь письмена, статуи, священные символы, просвечивает необычайная радость жизни и человеческого существования.

Те, кто хочет сделать из Египта некую заупокойную цивилизацию, глубоко ошибаются. Фараоны, первейшей обязанностью которых было строительство усыпальниц, прославляли не небытие, а загробную жизнь, вечность, в которой сливается то, что мы называем «жизнью» и «смертью».

В 1798 г.