Я даже сделала скриншоты и переслала себе на телефон.
— Показывай, — Алексей протягивает мне открытую ладонь.
Я открываю фото, отдаю телефон, и в этот же самый момент он начинает звонить в руках Баринова.
— Тебя хочет «любимый» — брезгливо, словно что-то противное, Алексей возвращает мне телефон.
Мне неудобно отвечать при нем на звонок Никиты, поэтому я сбрасываю вызов.
— Вот, — подаю телефон назад.
— Почему ты не ответила на звонок? — ехидно интересуется Алексей Егорович.
— Потом перезвоню, — отвечаю уклончиво.
Баринов несколько минут смотрит фото, потом пересылает их себе на телефон и, видимо, кому-то ещё.
— Вы мне верите? — я перевожу дыхание и чувствую, что от волнения в горле совсем пересохло.
Ищу глазами кулер.
— Верю. Попей, — кивает Алексей, ловя мой взгляд.
— Спасибо, — встаю со стула и иду в дальний угол возле окна.
Снимаю стаканчик, наливаю воду и жадно глотаю.
Возвращаюсь на место и умоляюще смотрю на Алексея, чувствуя, что больше не могу ждать его ответа. Мне нужна определенность. Обещание, что мне и моей семье ничего не угрожает.
— Пожалуйста, помогите мне, — шепчу, глотая текущие по горлу слёзы.
Алексей окидывает меня тяжёлым, задумчивым взглядом и откидывается на спинку кресла.
— Ты же говорила, что никогда ко мне не придёшь. И чтобы я засунул свои деньги… Напомни мне куда? — заканчивает ехидно.
— Пожалуйста, — шепчу упрямо. — Они даже звонили бабушке… Я не понимаю до конца, на что они способны, но очень боюсь за родных.
Баринов снова молча на меня смотрит.
Мое сердце просто захлёбывается кровью и тихонько умоляет его сказать «да.»
— Сколько они хотят денег? — он неожиданно задаёт вопрос.
— Там во входящих есть сообщение… — киваю я на свой телефон.
Баринов листает мои переписки.
Долго листает, не стесняясь того, что уже давно зашёл дальше в личные диалоги.
Я вспоминаю, что недавно мы с Никитой ругались, а потом, чтобы помирится, я отправляла ему несколько фото в белье. Прикрываю от стыда глаза. Господи, просто пусть это унижение этого стоит.
— Скажи мне, Аня, — Алексей возвращает мне телефон. — Какой мне смысл тебе помогать? Денег ты не вернёшь в ближайшем будущем, на работу я тебя взять не могу и вычитать из зарплаты, значит, остаётся только один выход…
— Какой? — Спрашиваю эхом.
— Помочь тебе, как своей женщине, — выносит мне вердикт он.
Сердце замирает и падает с эхом в желудок.
— Что? — переспрашиваю.
Впиваюсь взглядом в лицо Баринова и по сжатым губам понимаю, что он не шутит.
— Ты готова стать моей женщиной, Аня? — спрашивает он тяжёлым тоном. — Дать мне право распоряжаться в твоей жизни? Стать моей собственностью?
Несколько раз шокировано открываю и закрываю рот.
Я ожидала чего угодно.
