Очухиваюсь, только услышав настойчивый стук в дверь."

"— Черт, нам снова помешали, — бормочу недовольно.

— Вы ведь сами говорили о неподобающей обстановке, — задыхаясь, бормочет Аня, поправляя одежду.

— И то верно, — потираю затылок, оценивая наш общий внешний вид.

Нельзя с ней так. Сколько раз зарекался. Довольно уже того раза. Пожалел ведь потом о своей порывистости.

Хочу ее. Но хочу так, чтобы и ей хорошо было. Чтобы не стеснялась меня, не зажималась.

Открываю дверь и вижу перед собой побледневшего пацана, что нас сегодня обслуживал.

— Так вы здесь? — кажется, он реально удивлен нас найти. Видать уже подумал, что ему за нашу котлетку с пюрешкой из своего кармана платить придется.

— Пирожные с собой заверни, водиле моему отдашь. И бегом терминал тащи. У нас тут еще пара важных дел наметилась.

Пацан даже боится с места двигаться. Протягивает руку куда-то за угол и возвращает ее на место уже с терминалом. Не глядя прикладываю телефон и выхожу из туалета, увлекая за собой Аню.

Усмехаюсь, обнаружив в тесном коридорчике перед туалетом нескольких работников ресторана, во главе с бестолковым охранником с напуганными глазами. Ну, серьезно, ребят, этого задохлика любой подпитый клиент отсюда вынесет.

Выйдя на улицу, обнаруживаю, что уже темнеет. Вдыхаю полной грудью и сжимаю в своей ладони нежные пальчики.

— Что у нас за важные дела? — интересуется Аня, явно немного приободрившись нашим туалетным поцелуем.

И что-то в душе шевелится от этого «у нас». Только сейчас понимаю, что я это первый ляпнул.

Шагаю вперед по улице, осматривая витрины бутиков:

— Ты же понимаешь, что моя женщина не может ходить в обносках? — строго говорю я.

Аня не отвечает. Останавливаюсь перед дверью одного из магазинов и поворачиваюсь к ней. Жмется, неуверенно подтягивая полы куртки.

Грубанул, походу. Опять.

— Обидел? — спрашиваю потому, что действительно хочу знать, что для нее «слишком».

— Преследовали эту цель?

— Я хотел сделать акцент на другой мысли. Раз уж тебе жить в моем доме. Спать со мной. Есть. То ты отныне моя женщина.

Пальчики в моей руке невольно дергаются. Но Невеличка молчит, никак не выдавая своих эмоций относительно моего заявления, продолжая усердно таранить невидящим взглядом уличную плитку.

— Не могу тебе ничего гарантировать и как долго я не потеряю к тебе интерес, тоже предсказать не могу. Однако две вещи точно обещаю: я договорюсь на счет операции и, покуда мы ее ждем, ты будешь жить в моем доме.

Поднимает голову. И я мысленно готовлюсь к вопросам, которые мне не хочется от нее слышать.

— А что если ваш интерес ко мне угаснет раньше, чем мне восстановят зрение? Ведь тогда по сути вашей заинтересованности в этой сделке больше не будет.

Так и знал.

Почему-то меня коробит от ее предположения.