Я не замечаю совсем никаких его недостатков, а ведь они есть. Уверена, что есть.
— Я тоже влюбилась, — как-то грустно произносит она.
— В Дитмара?
— Если бы…
Между нами повисает неловкая пауза. Я закусываю губу и не решаюсь спросить, в кого же она тогда влюбилась. Неужели?…
— Нет, — мотаю головой. — Скажи, что это неправда.
— Я бы хотела, Катя, но… он другой, малыш. Стас жесткий, но он может быть другим, внимательным и обходительным, если ему угождать.
— Я не хочу этого слушать! — закрываю уши руками и встаю с кровати.
— Катя, — Яна тянет меня обратно и усаживает рядом с собой.
— Нет, Яна, — мотаю головой. — Ты же не серьезно. Он! Да боже, он насильник и урод.
— Да, — сестра кивает. — А почему знаешь? Катя ты же не знаешь Стаса как человека. Он другой, понимаешь?
Она пытается меня убедить, но у нее не получается. Я все еще помню, как похотливо он на меня смотрел, как обнимал и лапал. Это невозможно стереть просто так, забыть и не думать о том, что случилось между нами. Когда-то я обязательно не буду думать о Стасе и о том, что он умудрился сделать. Когда-нибудь обязательно, но точно не сейчас. Сейчас у меня не получится. Как и воспринять информацию от сестры о ее любви к нему.
— Тебе нужно лечиться, — уверенно говорю. — Он столько сделал с тобой, это ненормально, точно. Ты должна пойти к психологу, поговорить с ним, все рассказать, я уверена, что тебе помогут.
Наверное, я убеждаю в этом больше себя, чем сестру. Она выглядит совершенно спокойной и единственное, что делает — упрямо мотает головой. Она не хочет? Думает, что справиться с этим всем сама?
— Я должна вернуться к нему.
Я не могу поверить тому, что слышу. Яна хочет вернуться к Стасу? Обратно убежать в его лапы и остаться там? Добровольно?
— Нет, — мой голос срывается на крик, я лишь мотаю головой и отхожу к двери, чтобы побыстрее сбежать.
Больше не слышу, что она говорит, лишь забегаю к нам в комнату и прислоняюсь спиной к двери.
— Что такое? — Арман тут же оказывается рядом. — Что, Катя? Ты дышишь так, будто от за тобой твой личный кошмар гонится.
— Нам нужно закрыть ее! — говорю я быстро. — Запереть в комнате и не выпускать, а еще психолога нанять.
— Остановить, Катя! О ком ты?
— Яна, — кричу я, стирая с лица слезы. — Она… она собирается к Стасу."
"Все спокойно объяснить получается только когда Арман усаживает меня на кресло и приносит стакан воды. Сам он присаживается на корточки напротив и хватает мои руки, закрывая их своими широкими ладонями. Вместе с движениями его рук уходит и напряжение, сковывающее все тело. Мне невыносимо больно от осознания, что я никак не могу помочь Яне прямо сейчас, что мне придется думать, что делать и как-то участвовать в ее жизни.
— Послушай, Катя, — Арман хватает мое лицо в ладони.
