Приказ капитана начать обстрел корабля из луков запоздал, и с кормы галеры по нас открыли огонь только несколько лучников. Расстояние для лука оказалось большим, и до нас долетели только три стрелы, воткнувшиеся в палубу на корме.

«Кажется, пронесло», — подумал я и снизил ход «Варяга» до среднего, нужно беречь подшипники.

Моя радость была очень недолгой, на корме галеры что-то грохнуло, и на палубу «Варяга» посыпались горящие обломки улетевшей за борт мачты. Нас развернуло поперек курса, и я сразу выключил двигатель.

— Колин, руби канаты мачты! — заорал я и, схватив ведро, стал заливать забортной водой очаги пожара на палубе.

Первый ринулся успокаивать взбесившихся лошадей, и это ему удалось. Пожар на палубе был потушен, и теперь оставалось только обреченно смотреть на приближающуюся к нам галеру. В голове снова стало пусто, и эмоции ушли на второй план.

«Ну, суки, теперь держитесь!» — закипел в крови адреналин.

— Назад, в каюту! — загнал я высунувшегося из двери Риса.

«Теперь сделаем вид, что сдаемся», — само собой пришло решение.

— Первый, встань передо мной на колени и подними руки, — прошипел я шаку, размахивая поднятыми руками.

Первый с зеленым, как трава, лицом и понурившись выполнил мой приказ. Колин присел на корточки и прикрылся столом. Со стороны мы выглядели как идиоты, решившие поиграть в кости с судьбой и проигравшие свою жизнь. Галера приблизилась к «Варягу» на сотню метров и сбросила ход, поворачиваясь к нам бортом. Пора было начинать действовать. Меня охватила веселая злоба.

— «Наверх, вы, товарищи, все по местам!.. — почему-то запел я по-русски и передернул поднятый с палубы метатель. — Последний парад наступает!.. — продолжил я горланить, укладывая ствол метателя на плечо шака. — Врагу не сдается наш гордый „Варяг“!.. — ревел я, наводя метатель на галеру. — Пощады никто не желает!..» — закончил куплет и нажал на спуск.

Еще до того, как огненный шар полетел к цели, я краем глаза заметил, что рядом со мной стоят Колин с Торвином и пытаются подпевать, не понимая слов. Первый подвывал в такт песне, стоя на коленях. Файербол взорвался на борту галеры, пробив в нем огромную дыру. На галере раздались душераздирающие вопли сгорающих заживо людей, и с палубы в воду посыпались пылающие человеческие тела. В этот раз на «Варяге» паники не было, и мои друзья стояли плечом к плечу рядом со мной, и их глаза сверкали не хуже файербола. Отдача метателя не стала для меня неожиданной, и он остался на плече у шака. Перезарядив метатель, я выстрелил по корме галеры, откуда вел огонь срубивший мачту «Варяга» метатель. После этого выстрела галера развалилась на две части и пошла на дно.

— Все по местам! — скомандовал я и, выключив метатель, положил его на палубу.