Так и получается, что я ничего не ведая, разве что в догадках теряюсь очередных, не зная, какого еще подвоха ожидать от Макса, сижу покорно, отдаваясь рукам мастеров, что делают макияж, прическу и даже маникюр с педикюром. Но когда в комнату платье приносят не то бежевое, не то светло розовое, говоря, что это какой-то модный цвет и мне он очень подойдет, еще и название такое дурацкое – «бедра испуганной нимфы», голову закрадываются сомнения и опасения. Что же он задумал?
И вот стою я в платье, на ногах туфельки, как у золушки – с камушками и блестками, перед дверью закрытой, где меня ждет Макс, и этой самой «испуганной нимфой» себя и чувствую, не зная, что меня ждет. А ждет меня… Даже дар речи пропадает, когда я дверь открываю. Пол устланный лепестками роз и саксофон играет музыку волшебную, задевая ней что-то внутри, что душу выворачивает. По периметру комнаты свечи горят, погружая комнату в легкий полумрак, поэтому я не сразу Макса замечаю, а рядом с ним еще одного мужчину. Сглатываю, подступивший комок и даже слезы смаргиваю, отчего-то выступившие. Это для меня все? Не верится.
Как привязанная какой-то нитью невидимой иду к мужчине, что не сводит взгляда с меня.
– Что это все? – спрашиваю у Макса, оказавшись рядом, бросая взгляды осторожные на мужчину в возрасте, что стоит неподалеку.
– Сюрприз, – отвечает, улыбнувшись, – нравится?
– Да, но… я не понимаю, – хмурюсь в ответ.
– Это свадьба наша, – наклоняется к уху, шепотом сообщая ответ, я непонимающе озираюсь.
– Но здесь нет никого…
– Это для нас двоих, малышка, – хриплый шепот на ухо, а после серьезное сосредоточенное, – готова?
А я? Разве к такому вообще можно быть готовой?.. Это как сильный вихрь, который не предвещал ни одни синоптик. Свадьба? Так быстро? И не спрятать в песок голову, не уйти, хотя, может, стоило бы психануть, развернуться, послать все к черту и альфу со своими сюрпризами, но эта романтика, цветы, атмосфера и мелодия чарующая что-то делают с моими гормонами, заставляя глупо улыбаться ему.
И хоть отношения с ним это одна затяжная буря, что никак не хочет заканчиваться, и иногда в штиль этот временный не верится, так и кажется, что он сейчас зверем обернется и в глотку мою вгрызется, подтверждая свою натуру звериную, я не бегу. Какой смысл в побеге, когда все в тебе ему противится?..
– А мама? – уточняю, но он ответ загадочное что-то – «все будет», и руку свою мне протягивает."
"Я послушно вкладываю свою руку в его, а после, дрожа всем телом, не знаю даже почему, слушаю мужчину напротив, что говорит о святости уз, в которые мы вступаем, думая, что в реальности какой-то другой нахожусь, и лишь, когда подходит моя очередь говорить, на Макса замершего рядом со мной взгляд перевожу.
