"
"— Битум! Братан, душа горит!
— Пожары водой и песком тушить надо! — остался я непреклонным — Это ж вино! Ты его, что воду выхлебаешь и не заметишь! Слушай! Хочешь я тебе паханских грамм так на сто пятьдесят водочки отслюнявлю? А?
— На триста грамм! — поспешно выпалил Сяха и с подозрением спросил — А что делать надо?
— Да там и делать ничего не надо — успокоил я рыночного бродяжку — Делов-то как раз на двести грамм.
— Двести пятьдесят водочки и сделаю все в лучшем виде, ты же меня знаешь! Давай бабки!
— Угу — согласился я — Тебя хорошо знаю. Поэтому сначала дело, а потом уже бабки и водочка.
— Так чего делать-то надо?
Оглядевшись по сторонам и убедившись, что нас никто не слышит, я наклонился поближе к немытому уху Сахи и вполголоса начал его инструктировать. Заняло все не больше трех минут — благо дело и правда простое — Все понял? — уточнил я, доставая из кармана черный целлофановый пакет и пряча в него вино.
— А ежели он-таки пальнет? — с опаской осведомился Саха, печальным взглядом провожая емкости с вином — Ведь может, гнида такая! В ногу аль в задницу как шмальнет из пистоля!
— Не шмальнет! У них каждый патрон на счету — отмахнулся я — Станет он на тебя патроны тратить! Тебя ж вся толкучка знает! Самое главное — бежать не вздумай и все обойдется. Понял? Не беги!
— Да понял я, понял — пробурчал Саха — Может грамм сто сейчас опрокинуть, а? Для храбрости!
— Нет уж — фыркнул я, вставая и обращаясь к выглядывающему из раздаточного окна повару — Уважаемый! Ты говорил, что самогон есть?
— Есть, дорогой! Такой самогон не у каждого найдешь! Прозрачный как слеза моей мамы! Крепкий как кулак моего отца, жгучий как…
— Ладно, ладно, верю — поспешно замахал я руками и достал из внутреннего кармана несколько купюр — Возьми, здесь на двести пятьдесят грамм. Нальешь вот ему — я указал на скромно переминающегося Саху — Он прибежит минут так через десять и ты сразу ему налей. Лады?
— Сделаем! — кивнул хозяин, проворно пряча деньги — Двести пятьдесят самогончику.
— Лучше настоечки! Которая с грибами! — робко прошелестел у меня над ухом голосок Сахи — И дороже-то на копеечку, а такая душевная вещь! Такая душевная вещь!
— Черт с тобой — со скрипом согласился я и дал чайханщику еще одну бумажку — Двести пятьдесят настойки с грибами. Ну, пошли, приманка! Готовь задницу к операции с кодовым названием «Пинок отвлеченья»!
План сработал на все сто.
Мающийся на солнцепеке охранник и без того был на грани кипения — в прямом и в переносном смысле — а тут еще вонючий бродяга Саха вконец оборзел! Выбежал, скотина из-за угла сарая и не глядя по сторонам, с оханьями и покряхтываниями стянул штаны, сверкнув голым задом, опустился на корточки у стены и в экстазе закатил глаза.
