Этюд в багровых тонах. Приключения Шерлока Холмса

Этюд в багровых тонах. Приключения Шерлока Холмса

Пока нет оценок
Английский врач и писатель сэр Артур Конан Дойль известен всему миру как непревзойденный мастер детективного жанра, автор множества произведений о гениальном сыщике Шерлоке Холмсе и его верном друге докторе Ватсоне. Классические переводы этих рассказов и романов, делавшиеся давно и множеством разных переводчиков, страдают известными недостатками: расхождения, пропуски, откровенные ошибки. Вашему вниманию предлагается первый том (роман «Этюд в багровых тонах», сборник «Приключения Шерлока Холмса») из четырехтомника с полным переводом всего холмсовского канона. Это воистину уникальное издание: все произведения цикла переведены заново Людмилой Бриловой и Сергеем Сухаревым – мастерами, чьи переводы Кадзуо Исигуро и Рэя Брэдбери, Фрэнсиса Скотта Фицджеральда и Чарльза Паллисера, Томаса Де Квинси, Германа Мелвилла и других давно стали классическими. При этом в каждый том включено множество дополнительных материалов: предисловия к ранним публикациям, воспоминания Конан Дойля, касающиеся тех или иных произведений, некоторые интервью писателя. Плюс каждый том богато иллюстрирован лучшими классическими рисунками.В данную книгу включен полный комплект иллюстраций Сидни Пэджета, сопровождавших исходную публикацию «Приключений Шерлока Холмса» в журнале «Стрэнд», а также иллюстрации Йозефа Фридриха к одному из первых чешских изданий «Этюда в багровых тонах».
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

Но По не только изобрел детективный рассказ; все сюжеты о поиске сокровищ, о разгадывании шифров восходят к «Золотому жуку», равно как и псевдонаучные верн-уэллсовские истории имеют прототипами «Путешествие на Луну» и «Случай с мсье Вальдемаром». Если бы каждый, кто получит чек за рассказ, в основе которого лежит творчество По, внес десятину на памятник мастеру, возникла бы пирамида, не уступающая Хеопсовой.

И все же я отдаю ему в своей команде только два места. Одно – «Золотому жуку», другое – «Убийству на улице Морг».

Я даже представить себе не в силах, как можно было бы улучшить эти шедевры. Но прочие его рассказы я не назову вполне совершенными. Этим двум свойственны особые пропорции и перспектива; ужас и таинственность замысла подчеркнуты невозмутимостью рассказчика и главного героя – в одном случае Дюпена, в другом Леграна.

〈…〉

И на все эти рассуждения меня навел один вид зеленого переплета томика По. Уверен, если бы меня обязали назвать несколько книг, которые в самом деле повлияли на мою жизнь, я бы назвал этот томик вторым, поставив выше его единственно «Опыты» Маколея.

Я прочитал его в юности, когда мой ум был податлив. По разбудил мою фантазию, дал великолепный пример манеры изложения, соединяющей в себе достоинство и силу. Но, быть может, его влияние оказалось не столь уж благотворным. Он слишком настойчиво обращает мысли к предметам странным и нездоровым.

По был человеком угрюмым, чуждым юмора и доброты, тяготеющим ко всему извращенному и жуткому.

Читатель должен сам в себе хранить противоядие, иначе По становится опасным товарищем. Нам хорошо известно, какими скользкими путями и к каким убийственным трясинам вел писателя его странный ум, пока серым воскресным утром, в октябре, По не обнаружили при смерти на тротуаре в Балтиморе, хотя лета его знаменовали самый расцвет сил.

〈…〉

Я часто задавался вопросом, откуда По взял свой стиль. Его лучшим произведениям присуще сумрачное величие, они словно выточены из гагата, и им не существует подобия.

Рискну сказать: если я открою наугад этот том, мне непременно попадется абзац, который покажет, что я имею в виду. Например, такой:

«Да, прекрасные сказания заключены в томах Волхвов, в окованных железом печальных томах Волхвов. Там, говорю я, чудесные летописи о Небе и о Земле, и о могучем море, и о Джиннах, что завладели морем и землей и высоким небом.

Поделитесь впечатлением о книге

Понравилась история или, наоборот, не зашла? Напишите пару слов — ваш отзыв поможет другим читателям решить, стоит ли открывать эту книгу.

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив