Как мне представляется, именно идея подкрепить Писание проложила дорожку благочестивому обману – точно так же, как христианские богословы подправляли Евангелия, чтобы утвердить церковные доктрины.

Этот краткий анализ мормонизма с точки зрения сочувствующего ему спиритуалиста, быть может, побудит какого-нибудь мормона-теоретика заняться вопросами спиритизма и рассмотреть мои наблюдения под своим углом зрения. Мне кажется, подобный подход должен помочь исследователям уяснить подлинные начала их собственного движения, никоим образом не умаляя его сущности.

К тому же он может предостеречь тех, кто склонен слепо верить предполагаемым откровениям, которые, в том, что касается полигамии, причинили столько вреда движению. Учение мормонов, насколько мне известно, распространяется в Мексике, Калифорнии и прочих краях, и я, со своей стороны, думаю, что мир от этого ничуть не пострадает.

Приложение II

После «Приключений…»

От редакции

(«Стрэнд мэгэзин», июль 1892 г.)

Читатели наверняка заметят отсутствие в этом номере детективного рассказа мистера Конан Дойля о приключениях знаменитого мистера Шерлока Холмса.

Рады уведомить, что перерыв – лишь временный: мистер Конан Дойль работает сейчас над вторым циклом, публикация которого начнется в одном из ближайших номеров. В течение этого короткого промежутка мы будем печатать увлекательные рассказы других выдающихся авторов. В следующем месяце появится интервью с мистером Конан Дойлем, где, наряду с прочими интересными темами, писатель коснется некоторых подробностей, касающихся мистера Шерлока Холмса.

Гарри Хау

Один день с доктором Конан Дойлем

(«Стрэнд мэгэзин», август 1892 г.

)

Новейший детективный метод – вот что преподнес нам доктор Конан Дойль. Сыщик старой школы уже наводил скуку: в лучшем случае это был самый заурядный смертный, на месте которого любой обыватель, располагающий очевидными уликами, без труда мог бы припереть к стенке «подозреваемого», не обращаясь в полицию и не призывая на помощь частного агента. Но на криминальную арену вступил Шерлок Холмс – и пустился по следу. Невозмутимый, расчетливый, мозговитый малый этот Холмс. Ключ к убийству он способен разглядеть в клубке пряжи, а из блюдечка с молоком извлечь обвинительный приговор.

Мелочи, казавшиеся нам сущими пустяками, для Холмса определяют все. И к тому же он изрядный ловкач: с самого начала зная о деле «от и до», он ухитряется не раскрывать секрета, пока мы не доберемся до последней строчки рассказа. Не бывало еще человека, равного Шерлоку Холмсу; никто не предлагал нам криминальную головоломку с таким множеством версий, что мы в конечном счете пасуем перед ней.