Сожрав часть задней ноги, я в итоге насытился и собрался уже провалиться в сон, но моя интуиция и остатки разума упорно твердили, что нужно уходить отсюда как можно быстрее. То, что тело молодого оленя ещё не нашли другие животные, это большая удача. Возможно, всех хищников распугал оборотень, но к обеду звери вернутся, и нельзя, чтобы они нашли меня здесь спящим. Сил справиться с ними у меня сейчас нет, поэтому, сделав огромное усилие, я на последних силах отполз обратно в свою нору и, присыпав себя листвой, с удовольствием заснул.

Мне снился мой город. Именно мой, а не тот, который я видел в своих видениях.

Привычные улицы, знакомые районы Питера, по которым я любил гулять в молодости. Молодость, как это давно было, так мне уже седьмой десяток лет, неужели я такой старый, но как я оказался в лесу? Тут я увидел себя, лежащего на мокром асфальте рядом с остановкой. Рядом стоит скорая помощь, мигающая включёнными огнями, а рядом с моим телом копошатся два врача, что-то вкалывающие мне в вену и пытающиеся сделать массаж сердца.

— Да мёртв он уже, поздно приехали. Если бы на пять минут раньше, то успели бы спасти, а так смотри, уже зрачок практически не реагирует, да и синева на лице.

Бесполезно всё. Вызывай ментов и записывай, что смерть наступила до приезда скорой, нам потом меньше бумаг писать.

— Но он вроде ещё живой был, когда мы подъехали. Реакцию зрачка я видела. Точно тебе говорю. Давай в больницу его отвезём. Может, успеем откачать, — спросила молодая врачиха.

— Петрович, за пятнадцать минут до приёмного покоя ближайшей больницы доедешь? — спросил пожилой врач, работавший в паре с молодой выпускницей медицинского университета.

— Да ты смеёшься? Мы сюда по пробкам полчаса ехали, это вам не вертолёт.

Час. В лучшем случае сорок минут и то, если все пропускать будут. Ты же сам видел, что там ремонт, можем и на два часа встрять, там ещё и авария была, когда мы сюда ехали.

— Вот видишь. Даже если и довезём, мозг уже практически умрёт, и если случится чудо, и тело удастся оживить, это будет не человек, а растение, да и на возраст посмотри, отжил он уже своё. Всё. Давай закругляться, у нас ещё вызовов немеряно, так хоть кому-то сможем помочь, — сообщил врач.

Рядом стояли бабки и обсуждали случившееся.

— Да я тебе говорю, на могилу колдуна он ходил, а тот, видать, проклял его, вот и забрала косая его.

Я практически с ним шла от могилы своих родителей, а он весь бледный выскочил, за сердце держится. Но, как побежал, я и не угналась бы за ним, а тут к остановке подхожу, лежит он одинёшенек. Автобус только ушёл, а он, видать, не успел, да я и сама задержалась. Я к нему, а у него глаза выпучены, и твердит что-то, не разобрать. Пока скорую вызвала, на остановку народ подтянулся, у кого-то корвалол нашёлся, но он уже не дышал.