Ну, а в глазах Лехи мелькнул ужас. «Старый предупреждал! Сканирует! Люся, неужели никогда? Так и будешь меня гадом считать…»

Про Люсю, видимо, было личное, к делу не относилось.

– Да будет ломаться. – Роберт подмигнул. – А то поехали в санаторий, к Старому. У него спросим.

Бухнул наобум, но реакция превзошла все ожидания.

«Не мутный! Полицай! Старый ошибся! Сейчас и меня! Нет! Лучше сдохнуть!»

Хоть Дарновский и услышал во внутреннем голосе пленника истерические ноты, но все же не был готов к тому, что произошло дальше.

– Лежать! – рыкнул Сергей, но Леха, ловко перевернувшись через голову, вскочил на ноги, даже связанные руки не помешали.

– Держи!

Роберт был уверен, что гебешник рванет в лес, однако вышло по-другому.

В несколько прыжков Леха достиг обрыва и рыбкой сиганул вниз.

– Уплывет, гад! – ахнул Дронов.

Но когда секунду спустя союзники заглянули через край, стало ясно, что пленный никуда не уплыл. Над полем и излучиной реки светила луна, и было хорошо видно белый песок, на нем – едва прикрытый водой черный силуэт с неестественно вывернутой головой.

– Козлина! Хоть бы поглядел, куда ныряет, – потрясенно пробормотал Сергей.

Роберт объяснил:

– Он не нырял. Он сдохнуть хотел.

– Да ладно, – не поверил тупоумный соратник. – Ну вот, Лукич, теперь мы с тобой государственные преступники. Одного чекиста стукнули, второго кокнули. Поди докажи, что он сам.

– Надо уматывать. Ты говорил, сможешь съехать по склону?

– Да, вон там полого, – показал Сергей. – Ты чего это ему впаривал? Какой дом 8? Какой санаторий?

– Не знаю. Когда он был еще без сознания, пробормотал: «доложить в санаторий, дом 8». Ты не слыхал – как раз из машины вылезал.

– А-а. Это наверно их контора называется – Санаторий, – проявил неожиданную смекалку кандидат физкультурных наук. – Зачем только комитетчикам Мария?

– Анна, – поправил кандидат политологических наук. – Не знаю.

Мысли у Дронова в этот момент были такие: «Одно дело бандюганы, другое Контора. Санаторий, блин. Звонить надо. Только он, больше никто не поможет».

– Что делать-то будем? – спросил заинтересованный Дарновский. – Прямо ума не приложу. Полный тупик. Идеи есть?

– Идей нет. – Дронов осторожно, но уверенно вел машину по заросшему молодой травой склону. – Есть один хороший человек. Он поможет.

Глава четырнадцатая

Усвистел

– Ну так звони своему хорошему человеку. – Умник сунул трубку. – Аппарат чистый.

– Откуда знаешь?

– Знаю.

Чего-то темнишь ты, парень, уже не в первый раз подумал Сергей. Ладно, я тебя после разъясню. Когда Марию найдем.

Номер Сэнсэя напарнику говорить не стал, сам набрал, скосив глаза на диск.

Гудка, наверно, после десятого Иван Пантелеевич наконец отозвался.

– Милая у тебя появилась привычка по ночам меня будить, – говорит.