Дылда занял последнее пустующее место - возле устройства связи с пилотами. Окинул всех цепким взглядом.
- Готовы?
- Жми! - дал отмашку Чистюля.
Дылда вдавил до отказа желтую кнопку на передатчике. Прибор захрипел и пробасил знакомым голосом:
- Пристегните ремни, девочки, сейчас повеселимся! Йе-ха!..
- ... - ругнулся Амон себе под нос. - Как знал: Михей сегодня рулит.
- Не надо было завтракать, - скис Чистюля, закрепляя страховочные ремни. - Размотает по всему космосу.
Корабль ожил. В его корпусе утробно заурчали двигатели. Стяжки стыковочного агрегата щелкнули, замки разъехались в стороны. Наш «старичок-десантник» доживал не первый десяток лет и успел перетаскать в жестяном брюхе немало выпускников Медведя. Поди, и лихачей вроде Михея видал не мало. Потому и терпел. Тремор бил его проржавевшие суставы, по анемичным венам разбегалось топливо.
Дрожание корабля передалось и нам. Несколько секунд молчали, удерживая челюсти на месте. Руки элитных впились в «куколки», оберегая их от тряски.
И вот «космический дедушка» дернулся. Оторвался от опостылевшего Тифона и взмыл. До того момента, как пилоты включат гипердвигатели, у нас появилось время расслабиться.
- То, теперь с нами будешь покупателей дожидаться, - продолжил перебранку с Амоном Чистюля. - Наверх-то путь теперь того, заказан?..
- Я с тобой не то, что в одном ряду стоять, испражняться рядом не сяду, - возразил блондин. - Вас, ушлепков, Медведь только торгашам и покажет.
- А тя, прям, сам Император выкупит, - гоготнул в ответ Малыш.
- Почему бы и нет, - скучающим тоном произнес Амон. - В отличие от вас, никчемных, нам этикет преподают, дипломатию и философию. Медведь в элиту по-полной вкладывает. А вы, кроме как из пушек палить да сморкаться в ладонь, ничего и не умеете.
На скулах Чистюли заходили желваки. Лицо его покраснело, а ладони сжались в кулаки.
Корабль с Михеем у руля не позволил моему напарнику достойно ответить. Стремительный прыжок в гиперпространство впечатал нас в корпус, выбил из легких воздух. Я заметила, как у сидящего напротив элитчика налились кровью глаза и надулись на висках вены. И испытала нечто вроде сочувствия. Ненависть к неплавным переходам, громадным перегрузкам и к Михею конкретно объединила нас лучше съеденного вместе ужина."
"Постепенно разрывающая боль утихла - и корабль, и мы выдержали испытание. Гиперпространство распахнуло неприветливые объятия и приняло нас в себя.
Дышать стало легче, кровообращение практически восстановилось. Но продолжать перепалку никто не стремился: мало выдержать вход в гиперпространство, главное - пережить выход.
Глава 2
То ли Михей водить научился, то ли мы пообвыкли, но гиперпрыжок прошел без потерь. Так, побледнели немного, да у Малыша вон сосуд в глазу лопнул. Но это ничего, нормально.
