«Бомбочка» с краской, прикольная штучка, оставляет на одежде или теле довольно большое пятно, размером с пачку сигарет, а жидкости выливается совсем немного. Даже если попасть в голову, беды не будет. Капсула мягкая, максимум, что может получиться при стрельбе в упор, так это синяк. Но Глеб Лукич был мертв, это они поняли сразу. Кровь текла и текла потоком, заливая все вокруг, ее было неправдоподобно много…
Рада бросилась к мужу, но помочь тому уже было нельзя. Что пережили они обе, не описать словами. Они почти в прострации добрались до комнаты Тины, Рада продолжала сжимать в руках пистолет. Как это ни странно, но первой в себя пришла Тина. Она поняла, что у Рады не игрушка, а самое настоящее оружие, в стволе которого боевые пули.
– Где ты его взяла? – накинулась она на Раду.
Та прошептала:
– Вот тут, у себя на столике. Вчера вечером, ложась спать, приготовила, чтобы с утра не искать, а утром схватила. Я его вчера зарядила, рассказывала же тебе, когда репетировали!
Тина потрясла головой:
– Но это настоящий пистолет, прямо как тот, который тебе папа купил. Кстати, где он?
Рада подняла подоконник, открылся тайник.
– Ой, его нет…
Тина, больше всего на свете обожавшая игру в сыщика и вора, пробормотала:
– Ага, а куда же он делся?
– Не знаю, – потрясенно пробормотала Рада.
– Зато я знаю, – прошептала Тина. – Ты только что из него убила папу!
Рада рухнула на кровать и затряслась в рыданиях, Тина тоже залилась слезами. Где-то минут через десять к ним пришел настоящий страх. Девчонки перестали рыдать и стали думать, что теперь делать. Глеб Лукич мертв, и это они убили его. Но ведь не хотели! И совершенно не понимали, каким образом невинная игрушка превратилась в боевое оружие. Через какое-то время в голову Тине пришла догадка.
Некто, неизвестная личность, каким-то образом узнал, что она вместе с Радой собирается заняться «разбоем», и подменил ночью пистолет.
– Мы даже сообразили, где этот человек стоял, когда мы договаривались, – бормотала Тина.
– И где же? – спросила я.
– В библиотеке у папы.
– Почему вы так решили?
– Мы с Радой сидели у нее в гостиной, – пояснила Тина, – мерили маски, костюмы. Эта комната прилегает к папиной библиотеке, вернее, к туалету, между гостиной Рады и библиотекой.
– Там есть туалет? – изумилась я. – Никогда не знала.
Тина кивнула:
– Совсем крохотный, прямо повернуться негде. Архитектор ошибся, когда проект составлял, получился такой непонятного назначения закуток, а папа сказал: «Ничего, поставим еще один унитаз». Там кто-то был и нас подслушал! И еще одно я знаю точно! Этот человек из наших, из домашних! Во-первых, посторонних поздно вечером не было. Мы специально дождались, пока все спать лягут, и я на цыпочках прокралась к Раде.
