Он готов был еще и еще. Марина сдалась первой.
– Давай спать, – промурлыкала девушка. – Завтра на работу.
Миша хотел бы остаться, но не мог. Член стоял как штык даже после девяти семяизвержений. Если Марина увидит активность прибора спящего хозяина – заподозрит неладное. А это ему ни к чему.
– Я домой пойду.
Это разочаровало Марину. Но, увидев его красный влажный член, расплылась в улыбке.
– Ты хочешь еще разок? Десятый?
– Да хоть двадцатый, – проговорил Миша и навалился на Марину. Ткнулся во внутреннюю сторону бедра, потом во влажные губы влагалища, член скользнул и ушел в сторону.
Марина снова кричала. Миша боялся, что кто-нибудь вызовет полицию, но, к сожалению, не знал, как тут убавить громкость, продолжив при этом половой акт. К черту! Он был на седьмом небе от счастья. Его прибор работал как швейцарские часы, а мозг получал нужную информацию. Миша кончил на пару секунд позже Марины.
Михаил настолько привык к стоящему «дружку», что, вынув из Марины вялый отросток, испугался.
Член встал снова, когда он открывал дверь собственной квартиры. На радость или на беду, он еще не знал. Но утром все-таки решил зайти к врачу.
До утра он так и не уснул. Его мучила одна тревожная мысль. Выйдя от Марины, он не выпил больше ни одной пилюли – член встал сам. Словно солдат в строй после отдыха на привале.
Врач Петр Яковлевич не был так весел, да и Светочка сегодня не кричала, а занималась своими непосредственными делами за ресепшеном.
– Что вас привело ко мне на сей раз? – спросил доктор и зевнул, не прикрыв рот рукой.
Бескультурщина, подумал Миша и подсел к столу. А сам-то ты кто? Носишься по городу с торчком в штанах.
– Я вас слушаю, – напомнил о себе Петр Яковлевич.
Конев собирался рассказать о десяти разах за ночь, о падении, а затем подъеме прибора, но вдруг почувствовал ужасную резь. Головку жгло, будто ее сунули в раскаленный песок, а в мочеиспускательный канал вкрутили обмазанный перцем шуруп.
– Ну?
– У меня там жжет, – выдохнул Миша и скривился.
– Поздравляю. Вы перешли на новый уровень.
Миша уставился на него, раскрыв рот. Не этого он ждал. Пройдемте за ширмочку или что-то типа – вы ж его стерли за ночь. А может, так и есть?
– Послушайте, у меня горит член, будто я его всю ночь в рагу из перца чили макал.
– А на самом деле? – задал вопрос Петр, всем своим видом показывая, что его это совсем не интересует.
Конев не знал, что ответить. Он впал в ступор.
