— Где Джослин?! — потребовал я яростно, потому что ощутил знакомый запах Шейна.
Ориентируясь на этот раздражающий последок аромата, я и направился вверх по лестнице.
— Это ни в какие рамки, — Мелинда засеменила следом за мной.
— Вот именно, ни в какие рамки скрывать от меня жену! — бросил я ей через плечо и остановился возле двери, ощутив болезненно знакомый аромат морошки и рассветного лотоса.
В мыслях разразилась настоящая буря. Почему-то казалось, что за порогом этой комнаты ожидает жизненная развилка. Но когда я пасовал перед трудностями? Дверь распахнулась передо мной, являя неприятную сцену.
— Мог бы постучаться, — обняв Джослин за плечи, Шейн развернулся ко мне.
Он посмотрел зло, яростно, с вызовом, а она стыдливо опустила голову.
— Чтобы вы дальше обманывали меня за спиной? — как-то устало качнул я головой. — Что ж, будем считать, ты добился своего. Дуэль. На следующей неделе. Дам тебе возможность набраться сил после боя.
— Нет! Не надо! — Джослин вскинула голову, отчего тяжёлые пряди волос соскользнули с её плеч. — Не надо дуэли, пожалуйста, — она с мольбой посмотрела сначала на Гранта, потом на меня.
— Это решено, — оборвал её я.
— Но перед этим освободи Джослин, — потребовал он.
— Это мы решим с ней наедине.
— Зачем мне это?
— Она ещё моя жена, я в своём праве, — наши взгляды столкнулись, он собирался возразить.
— Я поговорю, — сипло произнесла Джослин.
— Хорошо, — процедил сердито Шейн, отпуская её. — Общение без сферы, я буду в коридоре.
Он стремительно обошёл меня и покинул комнату. За спиной хлопнула дверь. А я стоял и смотрел на Джослин. Хрупкие плечи мелко подрагивали, в глубоких зелёных глазах стояли слёзы.
— Если он шантажирует тебя или угрожает, скажи мне сейчас, пока не поздно, — я стремительно приблизился к ней.
Хотел коснуться, схватить за плечи, встряхнуть, но был в таком состоянии, что боялся навредить.
— Нет, — всхлипнула она, опустив голову. — Так будет лучше, Итан. Прости…
— Что обманывала меня? — губы дрогнули в саркастической улыбке.
Ведь виноват только я. Я сознательно обманулся, закрыл глаза на её мутное прошлое, на странный артефакт, на все её тайны, одурманенный ярким запахом и ослеплённый лживым образом.
