До жути усталый… о…

Вы вошли на мирную цветущую поляну посмертных золотых лотосов.

Здесь безопасно.

– Бульк согласен на пятнадцать часов – вспомнила ЧБ.

– Отлично. Осталось переговорить с воинами КМП.

– Чтобы не вздумали умотать в прогулку по памятным местам покинутой родины? Иначе ты занесешь топор над их любимым артефактом?

– Чтобы не вздумали упустить мою шальную дочь, что обязательно захочет умотать в прогулку по памятным местам чужой покинутой родины! – прошипел я, злобно уставившись на оживившуюся Роску, что с интересом смотрела на яркий золотой свет – Вот если они ее упустят – я занесу топор!

Глянув на меня, дочь выдала:

– Раз есть цветы – есть и рыба!

– Вся в тебя – вздохнула Кирея – Вперед, Роска.

Займем лучшие места. И на цветы полюбуемся!

– Впере-е-е-ед!

– Вытащи Орба и заставь отдохнуть – попросила Баронесса.

– Я же уже сказал – глянул я на нее искоса – Отдохнет. Куда он денется?

– Слова на него плохо действуют.

– Я буду молчать – пообещал я – Буду слушать его жалобный визг и спокойно перекручивать его любимую бейсболку в мясорубке, глядя, как догорает пробитый топором игровой кокон…

– Угу… – сказала ЧБ – Пойду я… на цветы полюбуюсь…

– Давай, давай – улыбнулся я – Давай, давай…

Глава первая.

Лежа на паркете, я тихо стонал.

Блаженство и страдание разом – никогда бы не подумал, что такое возможно одновременно.

Причем источник один и тот же – отходящее от долгого неподвижного лежания тела. Стоило мне выползти из кокона, помочь с этим же делом Кире, шатаясь добрести до коридора… и тело отказало. Колени согнулись чуть ли не в обратную сторону как у кузнечика, поясница с готовностью переломилась, и я мягко опустился на пол.

Где и замер, краем глаза наблюдая за ме-е-е-едленно ползущими мимо желтыми тапочками с утиными мордами. Следом за тапочками проволоклось вынутое – или вырванное – из игрового кокона эластичное ложе.

– Я в ванне – призрачным голосом заявила Кира и дверь закрылась. Через минуту послышался звук бьющей под напором воды. Еще через минуту – долгий блаженный стон и странное крякающее кряхтение.

Тапочки ожили?

Кира явно перенесла долгое лежание в коконе лучше меня.

Что и не удивительно – у ней куда более современная модель, что позаботится о теле любимой хозяйки.

Заходясь от миллионов уколов, я терпеливо ждал, когда затекшее многострадальное тело наконец-то отзовет свой бойкот и вернет тупому хозяину контроль над грязными мослами. Случилось это минут через пять. За это долгое время я подробно изучил небольшой квадрат паркета перед глазами и заодно убедился, что Кира там не захлебнулась – из ванной послышалось радостное напевание.