Гладиатор. Возвращение

- Ты знаешь, что я запечатлелся на твои соски? - спрашиваю, пока перехожу ко второму. - С той самой первой нашей встречи на улице?

- Это значит, что ты с ними идеальная пара? - ещё смеётся она, но у меня есть две свободных руки. Под их настойчивым напором трудно говорить. И она замолкает, стонет, раскрывается мне навстречу.

- Это значит, мы связаны навечно. Нас невозможно разлучить... тебя и меня.

- Всё же ты романтик, Алекс Берг, - её острые коготки скользят по моей спине, и я содрогаюсь всем телом от этого будоражащего ощущения. От предвкушения. От сводящей меня с ума близости.

- Ты же придёшь меня спасти, если я буду умирать... без тебя?

- Конечно, не... ах! - короткий вздох от толчка, с которым я вхожу, заставляет её снова замолчать, и нам больше не до разговоров...

«Конечно, нет?» - открываю я глаза, и первое, что вижу, - это вздыбившееся из-за неуместной эрекции одеяло. Чёрт! Осматриваюсь по сторонам. Хорошо, что в этой палате я один.

«Нет, она не придёт!» - эта мысль заставляет снова закрыть глаза. Тоскливо ноет в груди. Хочется свернуться калачиком, подтянуть коленки. Но даже это для меня пока недоступная роскошь.

Я на бок-то без посторонней помощи едва могу повернуться. Но физическая боль ничто по сравнению с душевной.

Ну почему? Почему до сих пор так плохо без неё? Почему это чёртово время не лечит? Когда уже, в конце концов, зарастёт эта рана? Когда всё закончится? Может, когда я буду знать, что она счастлива без меня? Мне же станет легче? Я вообще должен быть спокоен, зная, что у неё всё хорошо. У неё же всё хорошо? Не то, что у меня.

И слава богу, что она уехала. Что её не коснулся весь этот кошмар. Что её не было рядом, и никто не смог причинить ей вреда просто для того, чтобы сделать ещё больнее мне.

Хорошо, что я её не остановил. В её безрассудстве всегда было больше здравомыслия, чем казалось. В её лжи и молчании - больше сострадания и искренности, чем в любой правде. Это видишь только издалека. И начинаешь ценить, когда становится слишком поздно.

- Алекс! - слышу, как закрывается дверь.

- Вика? - Зачем я каждый раз это спрашиваю? На что надеюсь? Какого чуда жду?"

"- Полина, - не устаёт представляться она. Всегда спокойно, терпеливо, нейтрально. Открываю глаза.

Полина. Мой ангел-хранитель.

Моё спасение. Моя исцеляющая мазь на раны. Рука, что не даёт мне сорваться в пропасть одиночества и отчаяния.

- Привет! - встречаю её пусть слабой, но улыбкой.

- Привет! Не знала, какая каша тебе понравится больше, но между манной и рисовой выбрала рисовую, - мягко, но уверенно поднимает она изголовье кровати.

Она такая во всём - мягкая, но уверенная - женщина, подобравшая меня в подворотне. Она приходит каждый день. И вытаскивает со дна уныния одним своим присутствием. Очень надеюсь, что она не подозревает об этом.