Если история с Самантой Смит вышла шитой-крытой (ибо произошло все без свидетелей, в глухой захолустной американской глубинке, да и агенты пытавшиеся произвести арест остались живы-здоровы, очнулись в опустевшем доме и, почесывая бока, поехали докладывать начальству), то на этот раз все было совсем не так. Скандал громыхнул просто необыкновенный. Патриотический акт две тысячи первого года, Гуантанамо, Абу-Грейб и другие эксцессы неуправляемой «демократии» были еще впереди, а вот Рональд Рейган действует так, будто время скакнуло вперед, во времена Буша-младшего и позже. Или, наоборот, все откатилось назад, к истерике маккартизма, ведь тогда для разгула репрессий против друзей и сочувствующих Советскому Союзу американским элитам не потребовались даже теракты, вроде тех, что случились одиннадцатого сентября. А это значит, что возможность подобных взбрыков вшита у янки на уровне культурного кода. Кстати, Роберт Хайнлайн в одном из своих романов писал, что бывает, если в одном экономичном флаконе соединить прокурора-маньяка и судью-взяточника, за денежку малую готового проштемпелевать любой ордер, хоть в отношении Иисуса Христа, хоть Джорджа Вашингтона."
"Закончив с этим делом, я бросил Акт об объявлении войны на стол в Овальном кабинете, объяснив, что не вижу причин стеснять себя в ответных действиях, при том, что противная сторона де-факто ведет так, будто уже сама официально объявила мне войну. При этом в акте было отмечено, что моя вражда — не с американским народом, и даже не с государством в целом, а исключительно с зажравшимися и очешуевшими от этого элитами, возмечтавшими о мировом господстве. Этого не будет, а будет Америка страной как все прочие. Одну копию этого акта я послал в редакцию «Нью-Йорк Таймс», и еще одну — в «Правду». Также по советским армейским каналам экстренной связи передал сигнал «Гроза-85», что был мгновенно доведен до министра обороны маршала Соколова и начальника генерального штаба маршала Ахромеева. А они этого только и ждали — как манны небесной. По всей протяженности линии соприкосновения Организации Варшавского Договора и НАТО, а также в западных военных округах СССР, в воинских гарнизонах началась та лихорадочная суета, которая обычно предвещает или что-то вроде операции «Дунай», или начало большой войны.
Примечание авторов:* операции «Дунай» — ввод войск Организации Варшавского Договора (в первую очередь советских) в Чехословакию.
