Вторичное мышление, низкопоклонство перед Западом, желание любой ценой, в том числе продажей необработанного сырья и энергоресурсов, заработать немного валюты, чтобы купить зарубежных товаров, надменное барское отношение власть имущих к собственному народу — все это должно быть изжито из советской действительности раз и навсегда.
Григорий Романов впервые за все время улыбнулся и произнес:
— Вот такую программу, товарищ Серегин, я готов поддержать сразу двумя руками. Но некоторые у нас считают, что мы сами не справимся, не вытянем, и для того, чтобы мы могли освоить собственные богатства, нам требуется помощь развитых европейских стран…
— Значит, так, — сказал я, — прежде чем продолжать разговор, необходимо решить пару организационных вопросов. Я, со своим умением видеть людей насквозь, предлагаю вам кандидатуры на те или иные посты, а вы их либо принимаете, либо отвергаете, и тогда деятельность наша несколько осложняется. И только в тех случаях, когда на принятие решения могут повлиять голоса отсутствующих сейчас среди нас товарищей Кунаева и Щербицкого, решение вопроса откладывается до голосования в полном составе.
— Хорошо, товарищ Серегин, — сказал новоиспеченный генсек ЦК КПСС, — пусть будет так. Мы вас слушаем.
— Во-первых, — сказал я, — поскольку товарищ Чебриков навсегда покинул ряды товарищей, нужно найти ему замену в качестве председателя Комитета Государственной Безопасности…
— О да! — встрепенулся Брежнев. — Андроповские кадры из КГБ нужно гнать, безусловно! Чуть позже мы предоставим вам результаты нашего расследования деятельности этого человека — последние волосы на голове встанут дыбом."
"— Андропов — это отдельная песня, — хмыкнул я, — но, поскольку в живых его уже нет, эту тему мы всуе поминать не будем, а у товарища Чебрикова и своих грехов хватит на три смертных приговора. С его приходом на должность председателя КГБ эта организация принялась не укреплять, а расшатывать межнациональный мир в СССР. Никак иначе его деятельность интерпретировать не могу. На эту должность я предлагаю… товарища Гейдара Алирза оглы Алиева, как человека безусловно честного, и к тому же имеющего опыт работы в органах государственной безопасности.
Наступила тишина; деятели Политбюро ошарашенно переглядывались, и только сам Гейдар Алиев спросил у меня:
— Почему я, товарищ Серегин?
— А потому, что, кроме вас, я не вижу никого, кто мог бы впрячься в это дело и потащить воз, — ответил я. — Дело делать нужно прямо сейчас, и искать замену на стороне некогда.
— Никто не обещал нам, большевикам, легкой и простой жизни, — сказал Сталин из пятьдесят третьего года.
