Я же готовилась к нашей работе, а поскольку много лет имею дело со студентами и знаю все их фокусы, то, разумеется, ознакомилась с материалами, которые доступны в интернете. Самое забавное, что этот чудовищный по своей тупости краткий пересказ под разными названиями и на разных ресурсах повторяется слово в слово.
— Получается, что наш Цветик ухитрился вчера как-то добраться до интернета, — задумчиво проговорил я. — Интересно, как?
Галина Александровна пожала плечами и снова фыркнула, пытаясь сдержать смех.
— У вас для этого есть Назар Захарович, он разберется, он же сыщик.
— Бывший, — уточнил я.
— Бывших сыщиков не бывает. Сыщиками рождаются и остаются ими до конца. Это особый склад характера и образ мыслей. Ну, пойдемте, Дик. Теперь Оксану послушаем?
Мы вернулись за стол и продолжили.
— Оксана, теперь ваша очередь. — Я старался говорить мирно и доброжелательно.
Оксана, в отличие от своего приятеля, упрямиться не стала и сразу приступила к делу.
— Меня зацепило отношение Горького к бракам, которые заключаются не по любви, — уверенно и спокойно заговорила девушка. — Вот в «Анне Карениной», например, Анну выдали замуж за Каренина, хотя она его никогда не любила, и все вполне логично закончилось трагедией. Тут вопросов нет. А у Горького Петр женится на Наташе по воле родителей, не испытывает к ней никаких чувств, но все равно они живут дружно, то есть получилась хорошая крепкая семья. Вот это меня заинтересовало. А больше в романе ничего такого в глаза не бросилось.
Галина Александровна вскочила и выбежала из комнаты, сопровождаемая изумленными взглядами присутствующих. Наверное, только один я и понимал, что ей нужно было просмеяться.
— А ничего, что он ее головой об стену бил? — послышался голос Марины. — Странное у тебя представление о дружной семье.
— Тишина! — громко и резко произнес я. — Прошу участников не комментировать пока выступления друг друга. Сначала каждый из вас выскажется, а потом наступит очередь обсуждения, вот тогда можно будет и кричать, и перебивать, и вообще вести себя свободно.
Оксана выглядела растерянной, однако быстро нашлась:
— В традиционных русских семьях всегда считалось: бьет — значит любит.
— У вас все? — спросил я.
— Да. Я согласна с Алексеем, книга скучная, больше ничего интересным не показалось.
— Отлично. Прошу вас, Сергей.
Молодой человек, утверждавший накануне, что является грузчиком, раскрыл тетрадь и книгу. На тетрадной странице я заметил только узкие столбики цифр и быстро сообразил, какова была технология: его куратор, актер, вчера рассказывал, как читал роман вслух, значит, никаких цитат не выписывалось, отмечался только номер страницы.
— Меня больше всего заинтересовала история с шантажом, — спокойно начал он.
