Остановившись на скромном пятачке спонтанной парковки, Глаша осмотрела несколько полуразвалившихся многоквартирных домов, сиротливо жавшихся друг к другу, детскую площадку с перевёрнутыми качелями и пожала плечами.
— Я думала, таких печальных мест уже не существует. Ладно, я пошла.
— А я?
— А вы мост охраняйте. Вы же меня от конкретного злоумышленника спасать будете, а здесь он вряд ли сейчас появится.
Глаша быстро перебралась по шаткому мостику на другую сторону, нашла нужный дом и, поднявшись по деревянной лестнице, позвонила в квартиру. Ей открыли, не спрашивая, кто пришёл. Невысокая бледная женщина, вся обвешанная сантиметрами и булавками, даже не взглянула на Глафиру, развернулась и пошла в другую сторону.
— Проходи, сейчас замеры доделаю и будем твоё платье рисовать."
"Глафира попыталась её остановить, но потом просто прикрыла дверь за собой и прошла в большую светлую комнату с несколькими манекенами и большим столом, на котором лежали выкройки и интересные эскизы одежды.
— Ой, а вы кто? — наткнувшись взглядом на незнакомку, спросила хозяйка, поправляя завязанные в узел жидкие белёсые волосы.
Глаша предъявила удостоверение и проговорила:
— Я по поводу вашей дочери.
— Нашли? — глаза женщины вспыхнули радостью, но через секунду огонёк угас и пришло время страха. — Жива?
— Я по поводу обстоятельств пропажи.
— Неужели решили заняться? А то нас участковый футболил, — сняв с шеи сантиметры и опускаясь на стул, сказала Цветова.
— Расскажите мне подробности пропажи дочери, — устав рассказывать всем о дальнейшей участи местного полицейского, проговорила Глафира.
— Ну что сказать, она на вечернюю учёбу поехала. Тася училась в институте текстиля и моды, вся в меня пошла. Но я, видите, местный кутюрье, а девочке, конечно, хотелось большего, — Цветова вздохнула. — Вечером уехала, потом прислала сообщение, что больше с нами общаться не хочет, нашла свою любовь.
— Это не могло быть правдой?
— Нет, абсолютно нет. Не было у неё никакой любви, да и где бы она её за полдня сыскала? Она у меня красивая очень, мужики-то толпами ходили, но она сказала, мол, сначала выучусь, потом всё остальное. К тому же она очень любит отца, у того слабое здоровье и вот такой поступок, только усугубил его диагноз. Онкология стала прогрессировать, сейчас он в больнице… Последняя стадия. Мне-то, по идее, с ним сидеть надо, но лекарства дорогие, поэтому с утра до вечера работаю, к ночи уж к мужу бегу, — она помолчала.
— Подскажите, пожалуйста, а ваша дочь не обращалась за психологической помощью?
— Нет, а зачем? — удивилась женщина.
— Есть мнение, что пропавшие обращались за помощью к одному и тому же доктору, которая здесь вела свой приём в то время.
— А, — мать девушки махнула рукой, — вы про это.
