Вот, подвернулся случай, рассказал.

– Ступай, – махнул он рукой, приказывая Митьке-поморцу выйти. – Подождешь за дверью.

– Мне тоже можно идти?

– Нет. – и после того, как купец вышел и прикрыл дверь, добавил. – Это я так спросил. Для красного словца. Мало ли что интересное удумаешь. Удумал. Удивил. Мда. Ну да ладно. Теперь о главном…

Часть 1. Джунгли зовут

Это ещё цветочки. Впереди очень жирные ягодки.

к/ф «Джентльмены»Глава 1

1556 год, 12 августа, Москва

Иоанн Васильевич вызвал Андрея из Тулы, как и обещал. Чтобы тот смог порыться в товарах иноземных торговых гостей в интересах тульского полка.

Первым самым. Даже вперед Государя. Слишком уж важным оказалось для Царя повышение боеспособности этого ключевого южного полка в предстоящих делах.

Однако беседовали они долго.

Очень долго.

Почитай часов пять. Им даже в ту каморку еду приносили и питье.

Царь начал с обсуждения дележа товаров. Чтобы проговорить определенные правила. Но не выдержал. Соскочил на тему, связанную с предложенной Андреем авантюрой. Просто не устоял.

Причин было несколько, но, прежде всего – революция цен. Совершенно уникальное явление, характерное для Западной Европы.

Оно было вызвано завозом из Нового Света в Испанию и Португалию большого количества золота и особенно серебра. Правительства этих стран даже не пытались этот поток регулировать и чеканили максимум монет, сразу же вливая их в оборот. Из-за чего произошла локальное снижение покупательной стоимости драгоценных металлов. Как следствие – довольно быстро и сильно выросли цены в монетном эквиваленте, сохранив старую ценность в бартерном значении.

На Пиренеях это имелось самое яркое проявление.

Но чем дальше от них, тем слабее. А в Москве так и вообще – наблюдался обратный процесс. Из-за острого дефицита драгоценных металлов и оборотной монеты ее ценность была серьезно завышена.

Именно эта особенность привела в свое время к бурному, просто взрывному рост благополучия Нидерландов. Так как позволяла в рамках северной морской торговли получать сверхприбыли от оборота товаров между Балтикой и атлантическим побережьем.

Царь не был ни экономистом, ни финансистом. Однако выгоду, которая заключалась в этой особенности, осознал с ходу.

Да, получить «испанские серебряные конвои» он вряд ли мог. Но свою малую толику в виде корабля, привозящего ему ежегодно несколько сундуков со звонкой монеты – вполне. Причем сразу в казну, ибо Андрей все это предложил обставить как торговую кампанию. Дабы в дальнейшем вовлекать в нее иных купцов и наращивать обороты…

Вот об этом они и говорили. Ибо по самым скромным подсчетам годовая прибыль от сего предприятия могла достигнуть четверти, если не трети общих текущих поступлений в казну.