И если большая часть людей с непониманием смотрела друг на друга, то привыкшие к постоянной близости опасности штурмовики и дарники выше восьмого ранга по вскакивали с мест, укрываясь щитами.
— Предатели? Воздушная тревога? — раздались недоуменные голоса. Фракции, и без того разделившиеся по интересам, ощетинились клинками и стволами, в любую секунду готовые сорваться в бой. Обмениваясь подозревающими взглядами и чуть не началась резня. К счастью, в зале были люди способные принимать взвешенные решения.
— Спокойствие, дамы и господа, это не воздушная тревога и ни одна из сторон не напала на других. Верно ведь, ваше величество? — подняв руки обратился к толпе Петр, с объявления перемирия он обращался к сестре исключительно по титулу, и она отвечала тем же, признавая его притязания.
— Ни одного повода для паники нет. — поддержала брата Екатерина, встав рядом. — Перемирие не нарушено, сильнейшие одаренные вместе с нами в этом зале. Прошу — успокойтесь, скоро все станет понятно.
— Убрать оружие. — приказал я своим сторонникам. — Если придется, прорываемся к ближайшему выходу, я установлю щиты."
"Наша партия, еще недавно насчитывающая больше половины боярства и дворянства, теперь состояла в основном из наследников и первых детей крупных родов империи. Учитывая, что родители находились по разные стороны баррикад, ничего удивительного что нас разместили в центре зала, так чтобы мы даже визуально находились между противоборствующими фракциями. Простой расчет — на собственных детей никто нападать не станет.
— Новости с фронта! — крикнул один из дворян, поднеся к уху рацию.
— Дождались сволочи. — рыкнул Петр, сжав кулаки. Мы находились достаточно близко, чтобы я расслышал его голос без усиления. Выругавшись, император на мгновение прикрыл глаза, а затем обратился к собравшимся:
— Только что на верфи Петрограда напала неизвестная флотилия, до последнего опознаваемая пограничными судами как дружественная. Есть множество погибших и раненых, однако оставленный в порту гарнизон держится. — вернув себе внимание произнес Петр. — У противника более десяти тяжелых артиллерийских крейсеров, и одно судно линейного класса. Судя по всему, немецкой постройки.
— Но наших сил в десять раз больше! Мы победим! — крикнул кто-то из зала. — Даже если мятежники с нами не пойдут.
— Ах мятежники? Мы присяге верны остались. — тут же ответили ему с другого конца зала.
— Тише, тише господа. — попросила Екатерина.
— Сейчас не время для споров! Отечество в опасности! — рявкнул Петр. — За двадцать часов, что наши тяжелый крейсера будут добираться до столицы, от гарнизона и города ничего не останется.
