И потом, какой толк в ремонте, если завтра этот алкаш опять зальет квартиру? Или, не дай Бог, уснет с зажженной сигаретой, сам сгорит и Анечка, мое единственное солнышко, вместе с ним?!
Дочка была маленькая, ничего не понимала, только смеялась: «Мама, смотри, дождик капает!» А меня вдруг стукнуло: так будет всю жизнь. На мою дочку будет литься дерьмо, а я не смогу ее защитить. Потому что единственная защита от дерьма в этой стране – это власть и деньги. Много власти и много денег. Если у тебя нет денег, то ты сопля. Тебя можно унизить, избить и даже убить – никому до тебя нет дела.
Если бы я могла, то кивнула бы. Очень хорошо понимаю! Проверено на личном опыте: если в кошельке много денег, то при любой погоде на улице светит солнце.
– Я сходила к юристу, – продолжала Сильвия, – он мне объяснил, что после смерти Лисовика, вне зависимости оттого, на кого написано завещание, ребенку в наследстве выделяют обязательную долю.
В шубе было жарко, пот стекал градом, руки за спиной затекли, но я, затаив дыхание, слушала исповедь убийцы. Сильвия давно придумала, как убьет Лисовика. Она решила использовать его маниакальную тягу к здоровью. Олигарху требуется колоть витамины в определенное время, если опоздаешь на три минуты, курс надо начинать сначала.
Сначала Сильвия решила, что подменит ампулу и вколет Лисовику какой-нибудь яд. Но она знала, что такой дотошный человек может заметить подмену. Тогда женщина вспомнила, как на курсах сиделок, которые она когда-то окончила, преподавательница объясняла:
– Перед тем как сделать укол, необходимо выпустить из шприца воздух.
Отлично, то, что доктор прописал! Осталось только дождаться благоприятного момента.
И вскоре такой момент наступил. В доме поселились бывшие жены Лисовика. Дамочки словно сошли с ума, они обе решили, будто олигарх бросает бизнес и уезжает жить на Гоа.





