Обещаю, что как только мы найдём все части Кобылицы — сразу займёмся этим вопросом! — рассуждала я, махая так сказать красной тряпкой у быка под носом. Вот бык и не выдержал! Шарри схватил меня в охапку и совершенно варварски унёс в мой угол. Там уже давно защита стоит от прослушки. Сегодня никуда не выйду… Всё равно малышей молоком местных коз выкармливают, так что можно просто намазать натруженные места мазью и спать. Кстати про мазь! Оказывается, её охотники делают тоже из дантра, так что скоро запасы подойдут к концу. Нет, их конечно много, ведь народ беглых одичалых за века жизни в Лесу сайнов забрал всё: и цветы, и ещё не готовую смесь.

Да они даже в сумки ростки с корнями запихали! Я видела. Будем надеяться, что по весне с помощью моей крови или слёз они примут новую землю и станут нашим новым видом дохода. Я наложу заклятье, чтобы снова так не влететь, как мы тогда, в цветущую поляну. Будет полянка огорожена, чтоб дети не залезли, куры не выгребли, да и люди могут наведаться."

"Снег сошёл уже полностью. Я стала нервной и просто невыносимой из-за близкого расставания с детьми. Мне было жаль оставлять и моих девочек, так преданно скаливших маленькие клыки своей змеиной маме, и сыночков, таких разных.

Кстати, рожки у малышек были! У Марришшы — алые с золотым кончиком, а у Тишшаны — белые с золотом! Такие прелести маленькие! С рожками… Боялась, что у паучка вырастут лишние руки, всё спрашивала Нан-Гулакха, будет такое или нет. Тот пожимал своими пламенными руками и плечами, не знаю мол. Надеюсь, нет. А если да? Ну если да, то тут тоже есть свои плюсы. Это и повышенная работоспособность… и в любви очень полезно! Я вспомнила, как Тадалл, ещё в облике паука обнимал меня своими шестью руками, как они везде и всюду успевали меня гладить… Где он, кстати? Ушёл? Адонис отвернулся обиженно, ведь я спросила не о нём и не о нашем малыше.

— Дони, иди ко мне! — что-то я проголодалас-сь…

Я перекусала всех мужей. Самый вкусный, разумеется, охотник. Он сильный, он соблазнительный, мощный. Боги… Счас кого-то изнасилую! За ним идут мои эмиссы, потом паук, Шарри. Нет, Шарри, как и Адониса, надо вынести отдельно. Шарри просто подкупает надёжностью и монументальностью. А вот лунн… Это отдельная история! Начать с того, что в его крови полно магии! Её очень много! И она как пузырьки в шампанском так кружит голову.

Я после него ещё два дня хожу как пьяная. Но, он знает, что я люблю его кусать и охотно… меня этим шантажирует! Как-то я спросила его, почему он не пользуется той силой, что бурлит в его крови.

— Не могу, Госпожа. Я ведь лунн только на половину! — и такая боль в его глазах! Я ласково прижалась к нему, нежно поцеловала, утешила, как смогла.

— Насколько же сильны тогда чистокровные лунны? — вопросила я в пространство.