24
0Приезжайте за документами.
Короткие гудки раскаленной лавой вливались в мозг. Все плохо… Все пропало… Алешеньку не спасут… Алла почувствовала, что теряет сознание.
Она очнулась от грохота каталки. Звук, подобный набату, приближался по коридору, и в нем растворились шорохи, голоса, даже воздух. Стало нечем дышать. Кое-как поднявшись с кровати, она, как солдат, вытянулась по стойке «смирно». Открылась дверь. Показался край каталки и черноволосая голова Алешеньки. Медленно, миллиметр за миллиметром, он приближался к ней. Алла боялась смотреть вниз, на ноги: ее взгляд неподвижно уперся в его лицо.
– Помогите, – попросила медсестра, но Алла не смогла даже пошевелиться. На помощь пришла Лена: взяла Алешеньку за плечи.
– Как? – успела она шепнуть до того, как медсестра откинула одеяло.
– Хорошо, – пожилая женщина улыбнулась, – руки-ноги на месте!
Алла, не помня себя от счастья, не в силах справиться с чувствами, раздирающими ее на части, вылетела за дверь.
Выскочив из отделения травматологии, она чуть не врезалась в мужчину и отругала себя: нельзя так, нельзя. Здесь же дети на колясках, на костылях!
– Алена?! – знакомый голос заставил ее вздрогнуть.
– Вадим…
– Как прошла операция?
– Откуда ты знаешь?!
– Мы с Борисом Кузьмичом вместе планировали. Я помог немного – сумел договориться с лучшим сосудистым хирургом. Мне подсказали, к кому идти."
"Она посмотрела на него как на бога.
– Ты?
– Да, – Вадим коротко кивнул и повторил нетерпеливо: – Как там Алешка?
– Ногу удалось спасти!
Вадим схватил ее в объятия и прижал так сильно, что Алла невольно вскрикнула.
– Значит, правду сказали, – повторял он, улыбаясь до ушей, – не зря я за ним по пятам ходил!
– Дорого?
– Ерунда, Алена, – он сиял от счастья, – разве это имеет значение? Главное, получилось! И остальное получится.
– О чем?
– О фонде. Ты мне поможешь? Замучили меня с регистрацией. Всю душу вынули.
– Помогу! – она улыбалась.
– Борис Кузьмич сказал, ты адвокатский экзамен сдала.
– Откуда он знает?
– От Максимки, конечно. У нас с тобой столько дел! Мы этого гада засадим… до конца жизни…
– Вадюша, ты о ком?
– Об ублюдке, который Алешеньку сбил! Я сам до сих пор не могу поверить.
Он снова стиснул ее, потом выпустил, чтобы заглянуть в сияющие глаза. Она не понимала и половины из того, что он наговорил, но чувствовала – случилось что-то очень важное и хорошее.
– Я тебя люблю! – Вадим смущенно опустил глаза. – Прости меня. Все мы не без греха.
