И если бы не светофоры, которые она как назло собирала почти все по пути в Академию, то гвардейцы вообще потеряли б её из виду.
Тане нравилась скорость, от которой её вжимало спиной в кресло автомобиля. Она дарила ей свободу и спокойствие.
Когда она въезжала на Университетскую парковку, заметила больше десятка бронированных джипов. И стоило ей выйти из машины, как из них начали выходить вооруженные люди. Присмотревшись, Таня заметила герб Романовых.
«Неужели эта дура решила натравить на меня свою гвардию?» — с сомнением подумала Таня.
— Госпожа, — услышала она голос, и повернув голову увидела Диму Понтяева. Маг смерти, как и её брат, чьим обучением он в последнее время занимается больше, чем с другими гвардейцами. — Встаньте мне за спину.
— Уж не думаешь ли ты… — осталось неизвестно, что хотела сказать Таня, потому что гвардия Романовых направила дула автоматов в их сторону.
— У меня приказ задержать и доставить графиню Селезнёву к Романовым.
Понтяев окинул всех присутствующих серьёзным взглядом. Он резко поднял руку, сжатую в кулак. Рядом с машиной Тани стояли два микроавтобуса. Дверь одного из них отъехала, и оттуда показался ствол крупнокалиберного пулемёта. Также у трёх бойцов на плече были наготове РПГ. Остальные восемь бойцов стояли в трех метрах от Понтяева и Тани.
— Опустите оружие или, обещаю, умою вас собственной кровью, — прорычал Дима.
Гвардеец Романовых посмотрел на Понтяева так, будто видит его впервые.
— Ты, юнец, хоть понимаешь на кого рот открыл? — он вплотную приблизился к Понтяеву.
— По чьему приказу вы собираетесь меня задерживать? — спросила Таня.
— Великого князя Георгия Михайловича Романова, — с высокомерием ответил гвардеец.
Понтяев был одного роста с ближайшим гвардейцем и, ещё сильнее сблизившись с противником, буквально задевая его любом, прошипел.
— При всём уважении к Георгию Михайловичу, он не имеет власти над представителями других Великих родов. Если он имеет какие-то претензии к графине, то пусть обращается в Дворянский суд чести.
— Ты чё, смерд, не понял, что я сказал? Романов хочет видеть её, — показал он на Таню пальцем, — у себя!
— Щёлк, — и гвардеец, падает от удара в челюсть.
— Урод! — прошипел Понтяев. — Ты хоть брызговики ставь на свой грязный рот!"
"Ситуация накалилась ещё сильнее. И Понтяев очень надеялся, что Селезнёв появится очень скоро. О том, что ему уже позвонили, гвардеец знал. А значит ждать оставалось недолго.
— Да я тебя тараканам скормлю! — схаркивая кровь, поднялся гвардеец Романовых.
— Магический щит — костяной доспех, — прошептал Понтяев.
Таня с удивлением посмотрела на гвардейца, ведь точно такой же доспех создавал её брат. И увидеть, что кто-то активирует такие же заклинания, что и он, стало для неё неожиданностью.
