— Я видела сегодня, как ты смотрел на драконов в полете.
— И что? — не понял он.
— Ну, как они хвостами соединились, — пояснила я, снова показывая фигуру на мизинцах. — Со мной ты такого не испытаешь. Я не хочу тебя лишать этого.
Я почувствовала эмоции Ашшура: тепло, удивление, подозрение, тревогу и злость. Лютую злость. Ой, наверное, мне стоит бежать. Сейчас убивать будут. Ма-а-ама-а…
— Стоять! — Рев дракона разнесся эхом по храму.
Еще и крепко схватил, как будто и так не страшно.
— Досифея! — грозно процедил он. — И что ты конкретно сказала богине? О чем попросила?
И глаза так нехорошо сощурил. Очень нехорошо. Прямо вот мне совсем-совсем нехорошо вдруг стало. Я схватилась за сердце, показывая КАК мне нехорошо.
— Досифе-э-эя-а, — угрожающе пропел дракон, подвигаясь ко мне ближе.
— Ну, я это… посоветовалась, можно ли заменить меня на драконицу, — протараторила я. — Но ты не подумай, на о-очень хорошую драконицу, прям очень-очень. Самую лучшую, — покивала я головой, подтверждая.
Ашшур прикрыл глаза, в которых бушевало пламя. Из ушей и носа валил густой дым. «Ох, богиня-матерь, сейчас же сгорит мой дракоша, кучка пепла останется. Что же я наделала!» — заголосила я внутренне, хватаясь за голову.
— Обними меня, — прохрипел дракон.
Я прижалась к нему тесно-тесно как могла, помогая еще себе руками и ногами, забираясь как обезьянка на дерево.
— Дракоша ты мой хороший, спокойно, дыши, ты мой самый лучший, самый любимый, — увещевала я его.
Он стоял напряженный как статуя, потом его отпустило.
— Выпороть бы тебя, — устало сказал он и позвал: — Фей.
— Ум-м? — промычала я, все еще прижимаясь изо всех сил к своему пламенному дракончику.
— Ты долго еще будешь дурью маяться?
— Так как лучше для тебя хотела, — пожаловалась я.
— Ты — для меня лучшее. И единственное, чего я хочу. Когда ты это поймешь?
Я пожала плечами, насколько могла в своих стесненных условиях.
— Не нужен мне никто, кроме тебя. Никакая драконица. Я с тобой счастлив. Не делай так больше, пожалуйста. Не решай за нас обоих. А если бы богиня согласилась? Она какая-то странная сегодня была, — заметил он.
Я даже поежилась от его слов. Запоздало пришел страх. Нет, я Ашшуру желаю счастья. Но я-то без него счастлива не буду. Я могла совершить сейчас самую большую ошибку в своей жизни.
— Но как же полет с соединенными хвостиками? — спросила я.
Ашшур, не выпуская меня из объятий, отстранился настолько, чтобы видеть мои глаза.
— Досифеюшка, счастье мое, послушай внимательно, что я тебе сейчас скажу. Я не знаю и не узнаю, что такое полет с драконицей, соединив хвосты, но зато я знаю, что чувствую, когда мы летаем обнявшись.
