Ашшур хотел остаться, на его факультете учились драконы, которых он опекал, воспитывал и обучал всему, что знал сам.
— Ашшур, взяв в жены Мариэлийскую, поздно отбрыкиваться от своей судьбы. Если ты не хотел становиться Грозой Драконов, не надо было связываться со мной, — обвинила его я.
— Да ни в жисть. Я отказываюсь стать Грозой Драконов ради нас, ради нашего спокойного будущего, — заявил он и крепко обнял меня, не давая вырваться. — Мы избежим участи твоих родственников.
— Не получится, — печально покачала я головой. — Если ты не станешь властителем у драконов, я сделаю из тебя властелина мира. Хочешь? — проникновенно спросила я.
Ашшур испуганно замотал головой.
— Н-не хочу, — даже стал заикаться он.
— Тогда и не упрямься. Я сказала, Гроза Драконов, значит, Гроза Драконов. Или ищи себе другую.
— Не хочу другую. — Ашшур притянул меня ближе к себе. — Если с тобой в придачу идет трон или весь мир, значит, так тому и быть. Если не идет — еще лучше, мы будем принадлежать только друг другу. Ты для меня — весь мир.
В доказательство своих слов он затарахтел, и я разу подрастеряла весь свой пыл. Его вибрирование успокаивало и настраивало на необходимый лад. Да, нам надо заняться продолжением рода. Не будем заставлять энжела ждать. И кто еще, кроме меня, мог обзавестись зятем раньше, чем дочерью?
Мой самый лучший, самый славный и грозный дураконище подразнил меня своим раздвоенным языком, проведя по губам, и все мысли вылетели из головы.
Но потом… когда… он узнает, что значит спорить с женщинами из рода Мариэлийских!
Но это потом. А сейчас:
— Да-а… Ах… Хорошо-то как… Еще…
ЛЮСИН ПЕРВЫЙ НОВЫЙ ГОД В ТАЛАРИИ
— Все пропало! Все! Это конец! Не будет праздника! Не будет никакого Нового года! — закричала Люся со слезами на глазах и гневно затопала ногами, сжав руки в кулаки.
Все потрясенно смотрели на то, что осталось от долгих приготовлений к празднику, и не знали, как утешить попаданку. Лишь один василисуш, до этого рыскающий кругами собакой, превратился в геккончика и юркнул к Люсе на плечо, а потом и залез на голову, поглаживая и успокаивая.
— Весело! — заявил он.
И тут Люсю прорвало. Она зарыдала и, бросив все, пошла по направлению к общежитию.
Утро Нового года
Фейка
— Левее! Правее! Еще на нолшага! Нет, давайте все-таки левее и чуть-чуть назад. Ой, не, не так. Давайте обратно! — командовала я мальчиками, которые двигали елку согласно моим указаниям.
Отнесшиеся к подготовке к празднику сначала с энтузиазмом, как к игре, они теперь недовольно косились в мою сторону. И, кажется, планировали побыстрее слинять.
