– Умолчу, о чем я буду думать, – вполголоса сказал он, одной рукой обхватывая ее ладонь, а второй застегивая полы пиджака.
Жестко раздувая ноздри, сделал глубокий вдох.
Сладкова же снова рассмеялась, чем заслужила его предупреждающий взгляд.
– Ах, какая мне вообще разница, о чем будет этот фильм? – дразняще произнесла девушка. – Я могу пересмотреть его позже.
Аравин напряженно выдохнул и, молча, провел ее к скрытым в полумраке зрительным рядам.
– Пусть он будет про войну, – выказал надежду, устраиваясь в кресле.
– С таким названием? – невинно поддержала беседу Стася. – Вряд ли.
Это был длинный убийственно-нудный фильм. Хотя, возможно, Аравин со Сладковой просто не были в состоянии по достоинству его оценить. Они пропускали предложения, теряли нить неторопливого повествования, смотрели словно бы сквозь экран. Держались за руки, и на этом простом контакте сосредотачивалось все их внимание.
Егор слышал позади себя тихие вкрадчивые шаги, но, поддерживая настроение Стаси, не спешил оборачиваться. Тонкий каблук возмутительно-громко коснулся кафеля. Послышалось сдавленное хихиканье и учащенное дыхание.
Сладкова обняла его со спины, несуетливо скользя ладонями под грубую ткань пиджака. Характерный ей цветочно-цитрусовый парфюм окутал Аравина дурманящей дымкой. Он жадно вдохнул его.
– Егор Александрович, позвольте сегодня украсть ваше сердце, – с игривым придыханием шепнула девушка, слегка к нему прижимаясь.
Сжав ее запястье, развернулся.
Перекрыло дыхание. Душа к черту полетела.
Пока Аравин загонял машину в гараж, Стася успела переодеться. Во что-то легкое и кружевное, смутно напоминающее платье. Только бесстыдно короткое и прозрачное для приличного наряда. Теперь не нежный розовый оттенял ее загорелую кожу, а черный – развращающий мысли и желания. Сверкающие озорством зеленые глаза обрамляла ажурная маска. И такая Сладкова была в ней… дикая и сексуальная.
Склонившись, прижался щекой к щеке. Наверняка, подобным натиском царапая бархатную кожу девушки, потому как она резко и громко вздохнула. Кончиками пальцев коснулся краев маски. Ощущая. Впитывая этот образ физически.
– Пиджак снимать? Или так рвать будешь?
– Все снимай, – требовательно заявила Сладкова.
Смыкая руки под ее грудью, Аравин приподнял девушку в воздухе. Рассчитывал, что она поступит инстинктивно и обхватит его торс ногами. Но она изящно и невесомо задвигала стопами, не спеша ему подчиняться.
– Егор, это моя фантазия. Сегодня – я главная.
– Ненадолго, – прихватывая ртом ее нижнюю губу. – Ты же понимаешь.
– Какой ты варвар… – выдохнула Стася, слегка упираясь руками в его грудную клетку и отстраняясь.
– Да, – согласился Аравин, прижимая ее к стене.
